Измена. Дар богини драконов (СИ)

Каждая рана — равноценная плата за боль, которую я причинил другим людям. Если бы можно было кровью искупить вину перед ними.

Вирен мог убить меня сразу, но он с садистским удовольствием сечет мою плоть, не давая умереть, продляя мои страдания.

""Убей меня"", — хриплю черной кровью.

— Нет, мой мальчик. У меня на тебя другие планы.

Странно, но когда я открываю глаза, то понимаю, что лежу в палатке в лагере.

Свет солнца золотит пылинки, вьющиеся в воздухе надо мной.

Мне кажется, что я уже умер и попал на ту сторону, где мне теперь вечно придется с кем-то вести войну.

Потягиваюсь и издаю стон. Все тело — сплошной сгусток боли. Уверен, над ним успели поработать целители, но от ощущений хочется просто умереть.

— Очнулся? — поворачиваю голову в сторону и вижу рядом лицо Бриана. — Пить будешь? — протягивает мне фляжку.

Киваю.

Касаюсь потрескавшимися губами ее горлышка. Жадно глотаю воду.

— Погоди, погоди, не так быстро. Тебе пока много нельзя.

Бриан отнимает фляжку.

— Ты мне мерещишься? Я уже умер?

— Ты почти умер.

— Как это?

— Показался дозорным, они бросились за ним. Он покружился аккурат над тем местом, где лежал ты. Если бы они вовремя не подоспели, ты бы истек кровью.

— Что с тем виреном?

— Он просто растаял. Да и ребятам стало не до него, все их внимание захватил ты. Видно, и среди виренов попадаются добряки.

— Сомневаюсь, — мой голос сиплый и надтреснутый, и Бриан наклоняется ко мне, чтобы меня лучше слышать.

— Не говори так много.

— Ты был прав, они разумны. И они освобождают территории, для своей цивилизации. Нам и попросту нечего противопоставить.

— У всех есть слабые места, — горячо заверяет Бриан.

— Только пока мы их обнаружим, защищать будет некого.

— Эрнан, по протоколу мы обязаны сообщить о том, что случилось твоим родным.

— Только не матери, — пытаюсь приподняться, но тело не слушается.

"— Лилии?

Пожимаю плечами.

— Ты о ней ни разу не вспомнил. Всю неделю, что ты был в беспамятстве, я сидел рядом с тобой.

Ты звал Ясмину и… Диану. А еще ругался на отца.

Морщусь. Теперь я помню, что видел в своем забытьи Диану, которая становилась Ясминой. И наоборот.

— Это был бред.

— Я могу понять остальное, но почему Диана?

— Ни по чему. Говорю же, бред.