Измена: B-52 (СИ)

И снова хочется спросить: это что еще за новости такие?! Но он не дает. Раньше добавляет.

- Навела срач на моей кухне? Тебе и убирать.

Он оставляет на моих губах совсем уж нежный поцелуй, потом улыбается ласково и уходит — подкалывает словами, но действиями располагает. Поддерживает. Впускает.

И как так выходит, что прожив с Сашей столько лет, я ему не стала настолько близкой, как Стасу, которого знаю так мало? Ох боже…ну ладно. В конце концов, что? Уже сделано все. Глупо это будет, если я сбегу, особенно, когда меня никто и не собирается отпускать.

***

Если честно, «справлюсь» — громковатое слово. Мама Стаса и Юры оказалась действительно очень мягкой женщиной. Нас с ней, конечно же, от кухни отлучили сразу — понятное дело. Поэтому мы с ней устроились в гостиной, куда Стас уже подтащил стол, чтобы все поместились. Теперь мы с Викторией (как она сказала мне ее называть, и без всякого отчества!) смотрели на двух ее сыновей и улыбались.

- Они на самом деле очень дружные у меня…- тихо говорит Виктория, и я слегка киваю.

- Знаю.

- Моя гордость…Ох, в школе такими бандитами были.

- Так и знала... - начинаю посмеиваться, и теперь кивает она.

- Да, очевидно это. Но знаешь? Всегда вместе были.

Виктория тут же осекается и резко смотрит на меня, а я понимаю — боится, что лишнего сказанула. Я на это улыбаюсь и слегка мотаю головой.

- Я знаю о том, что случилось. Мне Стас в общих чертах рассказал.

- Ох, слава богу…не хотела что-то испортить вам. Хотя я так удивлена, что он рассказал об этом…не из-за тебя. Больно ему было очень, да и кто о таком рассказывать любит?

- Понимаю, но мы с ним в чем-то в похожих ситуациях оказались.

- Правда?

- Если честно, то да, - тихо сознаюсь, а потом опускаю глаза на свои руки и жму плечами, - Мы с ним познакомились в тот день, когда я узнала о том, что мой муж сделал примерно тоже самое, что Ольга.

- Ох…бедняжка…- Виктория нежно сжимает мою руку, - Знаю, как это больно. Мой первый муж, отец моих мальчиков, много раз делал тоже самое. Это страшное предательство…

- Да, но все, что не делается — к лучшему.