Изгой

Это чувство окрепло после первой раздачи – карты были абсолютно новые, из одиннадцати колод каждый раз броском кубиков выбиралась одна, а остальные выбрасывались, дилер тасовал колоды вручную перед выкладкой каждой части доски, подрезку делали все игроки по часовой стрелке. Гости не переговаривались, знаки друг другу не подавали, делали каменные лица и старались смотреть прямо, в никуда. Все, кроме Жерара, тот подмигивал другим участникам, шутил, делал Лидии комплименты, спрашивал что-то у Павла, даже хлопнул официантку по заднице.

С каждой раздачей китайцы вели себя все эмоциональнее, стопки фишек перед ними то уменьшались, то увеличивались, Лидия мрачнела, Павел пытался поймать нить игры, и только Жерар развлекался, один за всех. Он подначивал своих приятелей, особенно когда те уже по второму кругу закупились, курил сигару, стряхивая пепел прямо на стол, каждую свою победу отмечал порцией виски и останавливаться не собирался.

После десятой раздачи тактика Жерара дала сбой – он проиграл почти все. Докупился на одиннадцатой – и выиграл. Выдал длинную тираду по-китайски, отчего его трое партнеров побледнели и сжали кулаки. И на следующей раздаче пошли ва-банк.

К тринадцатой все они потратили на фишки по сто пятьдесят тысяч, к семнадцатой, когда ставки подросли, еще по пятьдесят.

Лидия докупилась на пятнадцатой раздаче – у нее были две пары после флопа, и она ждала, что должна выпасть еще одна дама до фулл-хауса.

И они их спустили на девятнадцатой раздаче.

К последней раздаче за столом оставалось фактически двое игроков – Жерар и Павел; европеец сидел, обставленный столбиками фишек больше чем на полмиллиона, против немногим меньшей суммы у Павла.

Павел тайны не узнал, но то, что он видел, ему очень не нравилось. Этот Жерар точными ставками выводил раздачи практически в одиночку, в этом парень был уверен.