Изгой

Молчун был одним из немногих, кто различал близнецов – они были похожи друг на друга как две капли воды.

Лусия приехала последней – на красном байке с нарисованной на багажнике головой змеи. В отличие от напарников, девушка была затянута в темно-синюю кожу, а ее баул был раза в два больше тех, что взяли с собой братья.

– Мои вещи, что хочу, то и беру, – заявила она на смешки Адама и Авеля и уселась за руль пикапа. Молчун сел рядом, братья – на заднее сиденье. – Давно хотела пощупать этого птенчика, говорят, он в постели неутомим.

– Нет. – Молчун как прикрыл глаза, усевшись на сиденье, так и не открывал их.

Лусия достала из кармашка двадцатку, протянула кусок пластика Молчуну, тот убрал банкноту в карман.

– И как ты их различаешь?

И, не дожидаясь ответа, резко вывернула руль, выезжая на автостраду в сторону Майска. Через полчаса, когда они проехали солидную часть пути, на коммуникатор Молчуна пришло сообщение. На первый взгляд оно ничего не значило, но на самом деле все было не так.

* * *Советник Матиуш Сантуш да Коста Гомеш по понедельникам играл в гольф с капитаном полиции Хайме Перейра и мэром Сидаже Алта Максом Липски. Мэр только что сделал хоул-ин-уан на восьмой лунке и по этому случаю объявил небольшой перерыв. Для Липски это означало, что он будет минут десять-пятнадцать смаковать виски и шевелить губами, припоминая всех врагов, с которыми посчитается, когда перейдет в правительство.

– Твой сын меня беспокоит. – Хайме откинулся на спинку походного кресла, вытянул ноги, не торопясь раскурил сигару. – Он будет хорошим капитаном, но со временем, а сейчас – слишком горяч.

– Решил остаться? – Матиуш закинул ногу на ногу, отхлебнул содовой с сиропом.

– Нет, в январе, как договорились, передам дела, пусть набирается опыта и учится ладить с людьми. Но ты должен за ним приглядывать, и пристально, вот что я тебе скажу.