Избранный

Перед ним распростерлась долина и озеро, окруженное горами, и снежные сугробы на застывшей водной глади напоминали волны. Вокруг стояла безжизненная, холодная темень, но он отказывался видеть в этом предзнаменование.

Боевая рука подрагивала, внутри него кипел гнев, но Харм велел себе не придавать случившемуся особое значение.

Он найдет другую матку.

Где-то на этой земле была женщина, которая даст ему заслуженного наследника. Он найдет ее и наполнит своим семенем.

У него появится достойный сын. Иначе и быть не могло.

Глава 5

Подступив ко входу в священную пещеру Братства, Тор проскользнул внутрь, и синусовые пазухи мгновенно зачесались от запаха земли и огня, исходившего от факелов. Его глаза сразу же приспособились к темноте, и, продвигаясь вперед, он старался ступать тихо. Он не хотел, чтобы его услышали, хотя его появление и не удастся скрыть.

Ворота располагались на расстоянии от входа и были сделаны из старых железных прутьев, толщиной с руку воина и высотой с дерево, припаянная мелкая стальная сетка препятствовала дематериализации.

Остановившись перед огромным барьером, Тор достал медный ключ, который без угрызений совести выкрал из ящика резного стола Рофа. Он извинится за кражу позднее.

А также за то, что собирался сделать.

Отперев замок, Тор раскрыл массивную створку и остановился, чтобы закрыть ее за собой. Он двинулся вперед по созданному природой коридору, который был расширен с помощью кирки и грубой силы и оборудован полками.

Сосуды всевозможных форм и размеров принадлежали разным эпохам, от древности и до наших дней, но содержание было одинаковым во всех случаях: сердце лессера. С самого начала войны с Обществом Лессенинг, еще в Старом Свете, Братство отмечало убийство врага, присваивая сосуды жертв и добавляя к своей коллекции.

Отчасти трофей, отчасти заявление «пошел на хрен» для Омеги, это было наследие. Их гордость. Ожидание.

Которое, возможно, подошло к концу. Убийц на улицах Колдвелла и в округе становилось все меньше, и, казалось, противостояние приближалось к заветному финалу.

Тор не чувствовал радости от этого достижения, но тут, вероятно, виновата печальная годовщина.

Было сложно чувствовать что-то кроме скорби по Велси, которая бы могла праздновать сегодня день рождения.