Избранный

Окна на первом этаже фермерского дома были заколочены, стекло укрыто деревянными планками, которые его солдаты с большой радостью прибивали на гвозди. Но главная дверь была не заперта, и когда Кор толкнул ее, дерево издало такой мощный скрип, что звук не потонул даже в неуемном рёве бури.

Они целенаправленно не смазали маслом петли, создавая самую дешевую систему оповещения из возможных.

Глаза быстро привыкли к темноте. В комнатах не было ничего кроме голых половиц да паутины, но его воинов никогда не заботили удобства цивилизованного мира.

Достав одну из сигнальных ракет, он снял крышку и чиркнул концом, шипящий красный огонь осветил ему дорогу.

Кор прошел по комнатам первого этажа, его шаги эхом отдавались в пустом, холодном доме. И по пути он держал ракету перед собой, осматривая стены, косяки и половицы.

Пришлось сделать три круга по гостиной, столовой, кухне в стиле сороковых и ванной, прежде чем он нашел это.

И он улыбнулся, присев в дальнем углу гостиной.

Что привлекло его внимание — так это царапина на половицах, на такое, как правило, не обращаешь внимания… воистину, он сам едва не прошел мимо. Но при ближайшем рассмотрении стало ясно, что она указывала на восточный стык стен, на скопление пыли, веток и листвы.

Неприглядная куча мусора… словно кто-то метлой вычистил комнату, но потерял энтузиазм прежде, чем нашел совок.

Направив сигнальную ракету к полу, Кор смел мусор и оценил оставленное ему сообщение.

— Достойные мужчины, — пробормотал он, уставившись на метки, вырезанные на дереве.

Для непросвещённого это были всего лишь беспорядочные отметины, оставленные лезвием ножа. Он же видел карту Колдвелла, нарисованную с использованием компаса, ориентиром на котором служил не истинный север, а другая точка, и также ряд символов, известных лишь Шайке Ублюдков.

Кор никогда не учился грамоте. Этот навык не требовался ни в Старом Свете, ни в войне, и он не видел ничего зазорного в своей безграмотности. Но он превосходно ориентировался на местности, а также обладал фотографической памятью — он развивал это качество потому, что должен был запоминать в максимальных подробностях все, что ему описывали или показывали.

Он не стал искать оружие. Сам он ничего не прятал, а его солдаты забрали бы все с собой.