Избранный

— Ты не сможешь дематериализоваться, — сказал он онемело. — Ни за что.

— Конечно же смогу.

Но отрицание прозвучало слабо.

А потом в кухню вошел его отец, с наполовину завязанным галстуком, его волосы были все еще влажными и зачесаны в прическу как у Кена, приятеля Барби, каждая обездвиженная прядь лежала строго на своем месте.

— …видеоконференция с моими клиентами и… Лирик! О, Боже, Лирик! — Когда отец бросился к его маме, Блэй посмотрел на открытую дверь, ведущую в гараж. Родители начали спорить, но он прервал их.

"— Папа, порадуй меня и скажи, что твой автомобиль с полным приводом.

***

В это время в особняке Братства Куин занимался чем-то невообразимым: он собирал черную вещевую сумку, наполняя ее бутылочками, детскими смесями и дистиллированной водой. Памперсы. Слюнявчики. Деситин[81]. Погремушки и соски.

Конечно, удивляла не черная сумка; но, как правило, он набивал ее пистолетами «смит&вессон», глоками или береттами, чем-то с пулями и лазерным прицелом, а не памперсами и бутылочками.

Другая причина поражаться происходящему — у него в голове не укладывалось, что он собирал вещи, чтобы дети покинули дом. Без него.

Они были такими крохотными. И он на самом деле не хотел, чтобы эта женщина приближалась к ним.

Он отказывался называть Лейлу их «мамэн», даже в своих мыслях.

Но ничего не оставалось. Он поднялся в Святилище вместе с Амалией, Директрикс Избранных, и она провела его по пасторальному ландшафту, показала отражающий бассейн и храмы, спальные корпуса и личные покои Девы-Летописецы.

Где Лейла поселится с детьми.

Невозможно оспорить безопасность этого места. Ради всего святого, оно было более защищенным, чем этот особняк, и Амалия заверила его, что у детей не возникнет проблем с переходом на Другую Сторону.

А потом добила, заявив, что лично вернет его малышей, если Лейла заупрямится.

Он вскинул голову, услышав тихий стук в дверь спальни.

— Да?

Бэт вошла в комнату, и она выглядела не так враждебно.

— Похоже, ты уже все собрал.

Он посмотрел на сумку.

— Да.

Повисла длинная пауза.

— Куин. Все будет хорошо. Я горжусь тобой…

— Без обид, но ты имеешь возможность находится со своим сыном двадцать четыре часа в сутки… потому что человек, с которым ты завела ребенка, — не лжец и не предатель. Поэтому извини, если наши версии этого «хорошо» несколько расходятся. — Куин отошел от кровати.