Избранница ректора: «Пустышка» в академии магии

— Ну что ты, мальчик, можешь даже не пытаться. Прими смерть спокойно.

— Смерть? Не на вашем веку.

Эфиар попытался еще раз атаковать мужчину, но наткнулся на тот же эффект, разве что больше раззадорил незнакомца. Он усмехнулся и сделал шаг по направлению к нему, раскинув руки в стороны.

— Ну же, давай! Излей на меня весь свой резерв.

— Не делай этого, Эфиар!

Но куда там: до мальчишки, чья гордость задета, не достучаться. Он привык чувствовать себя сильнейшим, и теперь, когда встретил такого противника, не мог смириться с этим.

Полный гнева, он швырял одно заклинание за другим. Срывая голос, я кричала, что не нужно, чтобы он остановился. В итоге его высочество упал на песок, полностью обессиленный.

— То-то же, — хмыкнул мужчина и занес над ним заклинание.

В этот момент справа открылся портал и из него вышел Артиан с магическим шаром наготове. Он быстро оценил ситуацию и перекинул щит с себя на принца, медленно подходя ближе.

— А вот и ты, мальчик мой. Что-то ты долго боролся с моей защитой и не мог вовремя переместиться к своей избраннице.

Неужели ваша связь слабее, чем я предполагал?

— Артиан, он слишком силен! — выкрикнул принц.

— Я и не собираюсь с ним сражаться, — спокойно ответил жених и посмотрел на меня. — Просто пришел забрать ту, что дорога мне. Так уж и быть, принца тоже подхвачу. Жалко оставлять Аран без горе-наследника.

По взгляду его высочества я поняла, что за «горе-наследника» Дарреги еще ответит, но несколько позже, если мы все выживем. Уверенность в этом с каждой секундой таяла.

А если это именно тот, от кого меня столько лет прятал отец?

— Никто отсюда не уйдет живым, кроме меня. Уж простите, что так выходит, но вы все лишние свидетели. — Мужчина развернулся ко мне: — Кроме тебя, моя дорогая. Ты — главное действующее лицо, причем очень хорошенькое лицо. Даже жалко будет видеть его безжизненно-бледным. Ох, видимо, пришло время грустных историй.

Маг создал заклинание на руках и швырнул его в принца. Дарреги отреагировал мгновенно: выставил щит на его высочество и бросил атакующее заклинание такой мощности, что незнакомец не успел увернуться — оно ударило в лицо.

Капюшон спал, обнажая внешность. Ему было лет сорок, не больше, длинные темные волосы, часть которых была заплетена в косы, лежали на плечах. В глазах цвета свежей травы не было ничего доброго, в них клубилась сама тьма. Такой взгляд бывает у сумасшедших, поэтому я вздрогнула, едва заглянув в них. Но он быстро перевел взгляд с меня на застывшего ректора и усмехнулся.