Избранная для стаи Альф

Его брюки легко спускаются вниз, а сам мужчина без белья. Ведёт по толстому стволу, а после наваливается на меня, целует шею, проводит языком. Задевает нервы, убивая.

– Не так, - прошу сдавлено, когда все чувства скручивает в жгучую нить. – Не…

– Тише, малышка, я не пойду дальше. Только так.

Он скользить по влажным складкам, бьётся головкой о клитор. Целует в губы, впивается. И двигается, двигается, двигается. Давит на меня, он такой огромный и тяжелый, горячий, идеальный.

В мыслях вата, а каждое касание током проходит по телу.

– Громче, Ди, если хочешь получить желанное, будь громче. Покажи, насколько ты хочешь кончить от моего члена.

И я показываю. Кричу, не в силах сдерживаться. Это сильнее меня, сложнее. Я больше не принадлежу себя, отдаю всю власть мужчине. Задыхаюсь и утопаю. И взрываюсь, когда меня накрывает лавиной.

– Охрененная, - он на грани, продолжая двигаться, пока меня бьёт дрожью. – Я почти.

Мне так хочется доставить ему удовольствие, помочь дойти до края.

– Малышка…

Захар выглядит ошарашенным и это подстёгивает. Распахнуть губы, втянуть солоноватую головку. Он ощущается таким огромным во рту, но я продолжаю. Провожу языком, пытаюсь взять глубже.

– Блять, вот так, да.

Захар толкается, и горло першит, в уголках глаз набираются слёзы. Но продолжаю. Видя, как дёргается мужчина, как ему хорошо, не могу остановиться.

Его член твердеет во мне, пульсирует. А после выстреливает своим возбуждением, заполняя семенем, как мужчина и хотел. Его пальцы перебирают мои волосы, а глаза прикрыты.

– Охренеть, - и это не голос Захара. На пороге топчется голый Дима. А на нем висит Влад с кровью на боку. – Кажется, мы помешали.

Глава 29. Последствия поспешных решений

Диана

Мне хочется умереть. Вот прямо сейчас, чтобы молния прошибла потолок и попала прямиком в меня. Или началось землетрясение и мне открылся путь в Ад. Выпрыгнуть из окна тоже хорошая идея.

Я сглатываю от нервов и только потом понимаю, что сделала. Громкий звук разрушает тишину, приковывает все взгляды ко мне.

Я на коленях перед Захаром. И это все увидели, все узнали. Поняли, какая я шлюха.