Неверная

Чисто технически, он твоей жене и детям ничего не сделал…

— Ничего не сделал? — аж передернуло Влада от отвращения. — Дима в аварию попал, Ида две недели в больнице валялась, а до этого он ее своими руками грязными всю облапал. Это ничего?

— Мысли шире, Ковалевский, он убил двух женщин, так что Ида твоя легко отделалась. — покачал головой Филин. — В общем, хочешь его похоронить, забирай, и дальше без меня, я тебе помогать не буду. Север может помочь. Но я бы на твоем месте, переложил эту ответственность на другие плечи.

— Какие?"

"— Багдасарова, раз уж так карта легла. И если ты не возражаешь, я бы сам с ним поговорил, передал Стаса из рук в руки. Мне бы от Руслана ответную услугу получить кое-какую, ты бы мне здоров помог, если бы согласился. Стаса ты больше не увидишь, да и никто его не увидит. Ну так что? По рукам?

Филин протянул брату руку, сосредоточенно глядя ему в глаза, Влад замешкался на секунду, его гнев поутих, уступив место рациональности, и она подсказывала ему, что это самый правильный выход.

— Вот как хорошо получилось, а то я не знал, как бы Руса умаслить.

— Я поговорю со Стасом, в последний раз. — кивнул Влад и направился обратно в подвал.

Тот выглядел еще хуже, чем был, из него словно вытянули всё живое, оставив мертвую оболочку хлопать глазами, бездумно пялясь в стену напротив.

— Значит ты влюбился в мою жену? И решил воспользоваться грязной ситуацией в свою пользу?

— Да. — хрипло ответил на это Стас, не глядя на Влада.

— И убить её пытался, чтобы она ничего не вспомнила?

— Да.

— Так не было же ничего? Что ей вспоминать?

— У неё были открыты глаза, когда я её посадил в машину, и дома, она иногда приходила в себя. Потом вроде уснула, но проснулась обдолбанной.

— И всё? И вот ради этого ты пошел на преступления? Против нее и детей? Ты дебил, Стас? — нахмурился Влад, совсем не понимая логику этого идиота.

— Да. — без промедления подтвердил он и обыск на койке, ложась в позу эмбриона.

Влад уж было думал, что скоро по подвалу разнесутся всхлипы и причитания, но вместо этого послышался раскатистый храп. После тяжелого дня Стас просто взял и уснул как младенец с чистой совестью.

— Пиздец… — только и смог найти подходящее слово как итог этой ситуации.

Когда Влад вышел из подвала и вдохнул в себя холодный ночной воздух полной грудью, и всё равно он будто задыхался — от ярости, от вопросов, на которые так и не нашёл вразумительных ответов.