Неверная

 — А вчера это так было, временное помутнение рассудка у всех, кто тебя с бляди снимал? Ничего не было на самом деле? Это так ты жене не изменял? Я хуею с вас иногда, господа хорошие! Ну нельзя же верить в собственную ложь, которую порете как горячку. Это нездоровая хуйня! Шизофрения недалеко. Это наследственное кстати, детишек твоих проверить надо, может тоже пребывают в фантазиях. Что их папа, например, хороший человек. Мирочка, думаю, всё ещё в это верит, даже не смотря на то, что папочка ударил мамочку по лицу один раз, потом второй, тре…

— Иди на хуй, урод! — взревел Стас, кидаясь к решетке, как зверь.

Влад с Филином синхронно отошли на шаг назад от исходящего пеной изо рта бешеного пса.

— Это как так? — удивлённо вскинул брови Влад. — Пять минут назад, ты распинался в том, что все они залетные и тебе на хрен не нужны. Значит нужны? Ты еще под наркотой что ли?

— Бедная Мирочка, а что бы с ней было, если бы она попала в руки того, кому ты хотел сплавить Сонечку, а? — продолжал давить морального урода Филин.

Влад покосился на Филина, который как будто говорил серьезно, он мог так сделать?

— Ты не посмеешь. Это же дети. — прошептал Стас.

— Соня с Димой тоже дети, и ты посмел, паскуда! — ударил по решетке ладонью Филин. — Зачем?! Какого хуя тебе было надо?!

— Чтобы их мать сделала всё, как я скажу.

— Что с ней было бы дальше? — спросил Влад.

— Она бы сдохла и заткнулась навсегда! — перешел на фальцет Стас. — Это она во всем виновата! Она!

«Виновен…» — вынес вердикт Влад, значит это Стаса рук дело, а не ДилДо. Она лишь прибрала за собой беспорядок в виде Артиста и прочего сопутствующего ущерба.

— Да в чем она, блять, виновата?! — раздраженно бросил Филин. — Её напоил мужик в клубе, затащил в отель, откуда она умудрилась сбежать не оттраханной и попала в руки к тебе.

Стас снова замолчал, сминая губы в пряча лицо.

— Батюшки святы, Стасик, ты что, годами был безответно влюблен в жену своего лучшего друга? — насмешливо взглянул на Стаса Филин. — А она что? Плевать на тебя хотела, когда рядом с ней был муж, которому ты и в подметки не годишься, ни физически, ни морально, ни материально.