Из глубин

Но что могло так воздействовать на полимер? Явно не простая вода, пусть и соленая…

— Я в тот момент о таких мелочах не думала, — со вздохом призналась доктор Моро. — Если честно, я испугалась. А потом, когда поняла, что палуба опускается все ниже с каждой секундой, чуть сознание от ужаса не потеряла. Вроде бы я кричала… а потом… знаете, я ученый и к мистицизму не склонна. Я бы даже характеризовала себя как атеиста. Но тогда вдруг вспомнила молитву, которую пару раз в детстве слышала от бабушки, и начала молиться. Поверьте, настолько искренней я еще ни разу не была.

— Бедненькая… — шмыгнула носом Тинка.

А вот профессор, напротив, являл собой воплощенный скепсис — сидел, скрестив на груди руки, и недоверчиво кривил губы. И я его понимал, потому что еще вчера сам бы точно также реагировал.

— И что же было дальше? — все же не вытерпел Спанидис.

— Не помню… я молилась… наверное, не очень долго, потому что катамаран растворялся довольно быстро… но молитва кончалась, я начинала заново… похоже, я была в трансе.

— Это самая странная история, какую я когда-либо слышал. Уж извините, госпожа Моро.

— Вы имеете полное право мне не доверять, профессор, — устало улыбнулась женщина. — Я сама уже не верю.

— Это на вас так тепловой удар и обезвоживание отразились, — блеснул я медицинскими знаниями.

— Да, доктор Росси сказала то же самое. А еще сказала, что мне повезло. Нашли меня вовремя. Еще день, и обезвоживание перешло бы в тяжелую форму. Так что большое вам спасибо, Анте.

— Да будет вам, — смутился я.