Из глубин

— Твою мать!!!

А?! Вроде Майк… у него-то что могло стрястись? На лице застыло выражение нешуточного потрясения, взгляд устремлен куда-то за борт… ну-ка…

Не забывая контролировать периферийным зрением набычившегося Серджио, я вытянул шею, покосившись на воду через поручень… и едва сам не выматерился — в сотне метров от катамарана расплывалось бледно-алое пятно. Что характерно, дельфины, до того бестолково метавшиеся между нашим судном и шепчущим китом, куда-то испарились… м-мать! Вот именно! Только не испарились, а растворились… распались на молекулы… белковые.

— Фрэнки, твоя работа?!

Отвечать доктор Моро не посчитала нужным — судя по ее напрягшейся спине, эксперимент вступал в решающую стадию.

«Опасность! Отклонение реакции объекта от прогноза пять процентов! Шесть процентов! Семь…»

— Да чтоб тебя!!! Почему ты не слушаешься?! — вызверилась Франка. А потом чуть не сбилась на визг: — Опять?!

«Объект изменяет физическое состояние».

Повинуясь команде Зевса, на сетчатке левого глаза сформировалось чуть увеличенное изображение обведенного красной рамкой шепчущего кита, и я беззвучно выругался — тот мерцал.

— Фрэнки, кончай!!!

Ага, разбежалась. Теперь ее от кофра не оттащишь. А вот для меня момент нормальный — все на нервах: потрясены гибелью дельфинов, впечатлены метаморфозами кита, и на скромного Антона даже не смотрят.

Как оказалось, ошибся я лишь в одном — Анхель, в отличие от прочих, бдительности не терял. И среагировал на мой бросок молниеносно — я благополучно миновал раззяву-Серджио, и столь же благополучно налетел на ногу его напарника — реактивный клеврет успел встретить меня простым, но эффективным сайд-киком в грудь. И ведь при этом еще Тинку контролить умудрялся!

На своих двоих я все-таки устоял, хоть и отлетел на пару метров.