Юсупов. Серое Братство

Возможно, она решила не нервировать дядюшку.

К моему удивлению, телевизор был все еще выключен. Я поставил поднос на стол, и сел в кресло. На всякий случай уточнил:

— Телевизор сгорел? Или батарейки от пульта негодные?

— С чего ты взял? — с удивлением спросил дядя, наливая в чашку отвара.

— Когда он не работает, это наводит на мысль о том, что он сломался, — просто ответил я.

Петр фыркнул:

— С чего бы?"

"— Ну, иначе ты бы смотрел очередную передачу о том, как нужно правильно жить.

— Сегодня просто ничего интересного, — отмахнулся Юсупов.

Я сделал глоток и улыбнулся. Но отвечать не стал. Вместо этого сменил тему разговора:

— Мастер Муромцева будет завтра сопровождать меня на работу? Просто хочу предупредить, что в кабинете ей находиться будет нельзя.

Виктория, которая наливала чай себе в чашку, холодно взглянула на меня:

— Поверьте, мастер Юсупов, я найду занятие на время, пока вы будете работать, — ответила она.

— Хорошо, — произнёс я. — А то я уже начал было переживать, что вы заскучаете.

Я намеренно недоговорил и сделал глоток чая. Девушка недовольно фыркнула, но на провокацию не поддалась. За нее заступился дядя:

— Василий Михайлович, что подумают гости о нашей семье? — строго уточнил он.

— Так мастер Муромцева не совсем и гость, — ответил я. — Она секретарь. Почти член семьи…

— Очень надеюсь, что это ненадолго, — буркнула Виктория, и я живо обернулся к ней. С деланным разочарованием в голосе уточнил:

— Почему? Вам не по душе работать с Юсуповыми? Или вас не устраивают условия труда? Поймите, найти хорошего секретаря в наше время сложно.

— Василий! — начал было дядя, но я только пожал плечами:

— Что? Я просто забочусь о удобстве нашего секретаря. И хочу, чтобы ей было уютно в нашей семье.

Муромцева поджала губы, но промолчала. Все же она всерьез восприняла мою угрозу про принудительное лечение. И это было хорошо. Хоть мне и нравились девушки с сильным характером, но постоянно быть в центре бури не хотелось.

— А вы, мастер Волков, кем у нас служите?

— Официально я исполняю роль личного помощника Петра Феликсовича, — ответил парень.

При этом он блеснул белоснежной улыбкой, отчего-то напомнившей мне оскал.

— Пытает помощник меня знатно, — хохотнул Петр. — То чай приготовит, то булочки вареньем намажет.

Я же довольно сделал глоток чая, отставил в сторону пустую кружку, встал с кресла и с чувством выполненного долга направился к себе.