Юный самурай : Путь воина. Путь меча. Путь дракона

Несколько секунд Джек приходил в себя, со свистом втягивая воздух сквозь зубы — между которыми по-прежнему был зажат нож.

Когда боль в ободранных ладонях приутихла, Джек снова пополз по рангоуту. И вот уже запутавшийся сезень прямо перед носом. Джек взял нож и принялся пилить намокшую веревку. Однако лезвие оказалось тупым, и волокна поддавались с трудом. Пальцы промерзли до костей, а окровавленные ладони стали скользкими — того и гляди сорвешься. Порыв ветра оттолкнул Джека в сторону. Пытаясь сохранить равновесие, он не удержал в руках нож.

— Не-е-ет! — завопил Джек, безуспешно пытаясь подхватить падающее лезвие.

Совсем измученный, он повернул голову к Гинзелю:

— Я перепилил только половину каната! А теперь что делать?

Гинзель махнул рукой: возвращайся! Но тут очередным шквалом корабль тряхнуло так, будто он с размаху налетел на скалы. Мачта задрожала, и фор-марсель дернулся, потянув запутавшийся сезень. Наполовину перерезанный канат лопнул, парус раскрылся и, резко хлопнув, поймал ветер.

Корабль рванулся вперед.

Гинзель и остальные моряки завопили от радости, и такая неожиданная удача приободрила Джека.

Увы, радость оказалась недолгой: раскрывшийся парус притянул запутавшийся блок к мачте, тот оторвался и теперь камнем летел вниз — прямо на Джека.

И увернуться было невозможно.

— Прыгай! — закричал Гинзель.

3. Между акулами и иезуитамиДжек разжал руки и прыгнул, уходя от летящего на него блока. Гинзель изо всех сил вцепился в другой конец страховочной веревки, удерживая мальчика.

Блок падал вниз, прямо на Гинзеля, однако угодил в стоявшего позади Сэма. Удар отбросил беднягу в море.

— Сэм!.. — завопил Джек, торопливо карабкаясь вниз по вантам в надежде помочь товарищу.

Спрыгнув на палубу, Джек подбежал к поручню, но мог лишь беспомощно смотреть, как Сэм барахтается в гигантских волнах, пропадая и снова выныривая. Наконец он жалобно закричал и скрылся под водой.

Джек удрученно повернулся к подошедшему боцману.

— Ничего не поделать, — сказал боцман. — Помянешь его завтра утром — если мы сами до утра доживем.

Заметив отчаяние на лице мальчика, он немного смягчился:

— Ты молодчина, на мачте здорово справился. Ступай теперь к отцу — он у себя в каюте вместе с капитаном.

Джек рванул к трапу — хорошо, что не надо торчать на палубе в такой шторм!

В брюхе корабля буря пугала не так сильно: сюда доносилось только приглушенное завывание.