Юный самурай : Путь воина. Путь меча. Путь дракона

Войдя в комнату отца Люция, Джек почувствовал невыносимую вонь рвоты, застарелого пота и мочи — здесь пахло смертью.

В полумраке едва теплилась свеча. В дальнем углу тяжело дышал священник.

— Отец Люций?

Джек осторожно приблизился к темной фигуре, распростертой на футоне. В темноте он задел за что-то ногой — это было ведерко, полное рвоты. Джека чуть не вывернуло наизнанку, однако он сдержался и подошел к постели.

Огонек свечи затрепетал и вдруг разгорелся: Джек увидел осунувшееся лицо священника. Бледная, покрытая бусинками пота кожа отдавала синевой.

Клочья редких, седеющих волос прилипли к ввалившимся щекам. Губы потрескались и кровоточили, под глазами залегли черные круги.

— Отец Люций? — позвал Джек. Может, священник уже отмучился?

— Джек? — прохрипел отец Люций и облизал потрескавшиеся губы.

— Да, святой отец?

— Я должен попросить у тебя прощения…

— За что?

— Прости меня, Джек… хотя ты и сын еретика, у тебя есть душа…"

"Священник говорил короткими фразами, с трудом переводя дух.

Джек слушал, с жалостью глядя на больного. Этот португалец-иезуит — последнее, что связывало его с внешним миром. Джек уважал священника, несмотря на постоянные проповеди. Да и отец Люций ныне относился к мальчику гораздо лучше, хотя тот по-прежнему отказывался принять католическую веру.

— Я был несправедлив к тебе… Мне нравились наши уроки… жаль, что я не могу спасти тебя…

— Не беспокойтесь, святой отец, — утешил его Джек. — Мой собственный Бог присмотрит за мной — а ваш за вами.

Отец Люций всхлипнул.

— Прости… я должен был им сказать… моя обязанность… — простонал он.

— Что именно вы сказали? И кому? — спросил Джек.

— Пойми меня… я не знал, что за это они готовы на убийство… Господи помилуй…

— Что? Что вы говорите?

Священник шевелил губами, пытаясь сказать что-то еще, однако слов разобрать не удавалось.

Едва слышно кашлянув, отец Люций испустил дух.

19. Возвращение МасамотоВишневое дерево сбросило все листья, и его силуэт чернел на фоне неба. Голые ветви покрывал снег.

Джек гулял по саду. Смертельная опасность, казалось, нависла со всех сторон. Что означали слова отца Люция? Неужели он говорил о картах? В таком случае Джеку грозила опасность.

Его размышления прервал раздавшийся за спиной голосок:

— Мне жаль, что отец Люций умер. Ты, наверное, очень расстроен.

В простом белом кимоно Акико выглядела снежинкой в белоснежном мире.

— Спасибо за участие, — поклонился Джек. — Однако вряд ли отец Люций был моим другом.