Юный самурай : Путь воина. Путь меча. Путь дракона

Даймё Камакура направил соглашение о мире и признал, что попытка захватить Осакский замок была ошибкой. Неожиданно раскаявшись, он пообещал, что не будет нападать на преданных Сатоси людей, оспаривать его право на престол и прекратит преследование чужестранцев. Камакура даже запечатал документ каппаном — кровью из своего пальца — в знак того, что признает его священным и нерушимым.

Такой поворот событий ошеломил всех, особенно Масамото. Он не верил, что враг сдался так быстро, ведь война едва началась. Со свойственной ему осмотрительностью Масамото настаивал на продолжении тренировок в Нитэн ити рю.

Однако даймё Камакура, похоже, слово держал. На следующий день его колоссальная армия свернула лагерь и отступила в направлении провинции Эдо. Сторонники Сатоси ликовали: они выиграли войну, не вступая в открытое сражение.

В знак признательности Сатоси приказал подать воинам сакэ и угощение. Для даймё и генералов, которые выступили на его стороне, он решил устроить праздник созерцания луны в чайном саду.

Сатоси принимал каждого даймё в открытом чайном домике на островке в саду. Прогуливаясь по извилистым дорожкам и мостам, гости беседовали и любовались яркими, как алмазы, звездами на безоблачном ночном небе.

Отец Бобадилло тоже явился на праздник, не упуская случая пообщаться с главными членами Совета. Время от времени он, прищуриваясь, поглядывал на Джека. Юноша старался не обращать внимания и держался от священника подальше.

Напротив Джека и Ёри, на другом берегу овального пруда в окружении юных самураев сидел Такуан. Рядом с ним Акико и Эми завороженно наблюдали за лунными бликами на гладкой водяной поверхности. Вдохновленный неземной красотой, Такуан на ходу сочинял хайку, развлекая компанию.

— А знаешь, что на Луне живет кролик? — спросил Ёри, вглядываясь в ночное небо. — Если присмотреться, можно увидеть, как он делает рисовые шарики.

С противоположного берега послышались аплодисменты. Джек различил беззаботный смех Акико и поймал себя на том, что любуется ее лицом, а вовсе не луной.

— Смотри, вот он! — Ёри показал пальцем на расплывчатый силуэт кролика на небе.

— Сейчас я посвящу стихотворение каждому из вас, — объявил Такуан. Голос его ясно звучал в ночной тишине. — Акико, ты будешь моей музой?

Снова раздались восхищенные аплодисменты. Акико застенчиво кивнула.

Ёри дернул Джека за рукав.