История попаданки. Из графини в служанку

Франческа плеснула винца, и я, игнорируя внимательный и хмурый взгляд Таркула, пила, стараясь принять участие в общем разговоре.

– Кстати, – я повернула голову на одного из оборотней, – его светлость вычислили.

– Да, то же слышала.

– И я.

– Сам себя выдал, – подтвердила Франческа. – Хватило же ума трясти оро в кошеле с гербом. Не представляю сколько работали над его личиной.

– Эй-ей-ей, – я тихо возмутилась, стараясь не пропустить ничего из сказанного и одновременно отобрать у Люси свою кружку. – Ты как вообще из горшка выбралась? Да нельзя тебе такое!

Кто бы меня слушал.

Глава 31. А покажи хвост!

– Тар, а что за принц? – сократив имя оборотня, я благодарно улыбнулась Франческе, что без лишних просьб наполнила мне кружку добавкой.

– Так наш, – растерянно пояснил мне мужчина. – Общий.

И, к счастью, причина его растерянности крылась не в моём вопросе. Он напряженно наблюдал, как вытащив корни из ведра, моя красивая Люсенька подошла к столу и, взяв листочками чистый стакан, деликатно обратилась к Франческе:

– Злюк.

Гномиха такого не ожидала, но черпачок в котёл запустила, исполняя просьбу.

– Злюк-злюк! – поблагодарил мой цветочек, осторожно возвращаясь на своё место, и залез в горшок.

– Ну, за нас, Люсь, – я осторожно чокнулась с ней, поясняя: – Это традиция такая. Чокаться. Она появилась, когда модно было травить друг друга ядами. Вот и был придуман символ доверия. Люди бились чарками друг друга, расплескивая содержимое и тем самым перемешивая напитки.

– Злюк! – кивнув соцветием, Люся протянула стакан сторону и коснулась стенки моего. – Злюк!

– Да, за нас! – перевела я и сделала глоток.

Люся же запустила корни и снова осушила всё сразу, протяжно рыгнув соцветием и тут же прикрыла своё лицо листочками, застеснявшись."

"– Да не переживай, здесь все свои, – заверила я её, подбадривающе похлопав по… стволу.

Пока я пыталась сфокусировать взгляд в поисках чего-то съестного, что можно дать моему цветочку, Люсю кивнула и покрутив соцветием громко клацнула челюстями, откусывая ветку ближайшего куста.

– Кажется, я начинаю понимать, что в ней нашёл магистр, – произнёс, кажется, баронский сын, на которого мне показывал Таркул.

– Что? – переспросила я, только сейчас замечая, что никто не разговаривает.