История одной ненависти

А сейчас, когда появилась возможность рассмотреть незнакомца я была просто поражена его внешностью. Он кого-то напоминал, но я отчаянно не могла вспомнить, кого. Выразительные брови венчали невообразимого цвета глаза, обрамленные длинными темными ресницами. Нос был слегка крупноват, но гармонично смотрелся вкупе с высокими будто высеченными из камня скулами и четкоочерченными губами. Подбородок у незнакомца был широким и квадратным. А темнеющая на нем щетина подсказывала что утром он пренебрег бритьем.

Черты лица этого парня были такими знакомыми, что я невольно задумалась: не видела ли его раньше? Нет, такие ярко-зеленые глаза я не забыла бы…

– Оглохла? – встряхнул меня, и я сморгнула оцепенение и снова заерзала под ним, надеясь столкнуть с себя тушу в девяносто кило. – Чья, говорю?

– Я надеялся, что ты не будешь больше трогать чужие игрушки, братец, – голос над нашими головами развеял все иллюзии касательно моего побега. Прикрыла глаза и ощутила, как тяжесть тела сверху растворяется, и меня резко почти в одно движение ставят вертикально.

Но очередная рука, «одна из» которую я бы с радостью отрубила, ставит меня на место и тут же отпускает.

– Твоя новая? – парень спросил у стоящего рядом Давыдова, и я пригвоздила взглядом сначала того, кто меня поймал, а потом и Яра. – Ничего такая. Наиграешься, возьму себе.

– Вы оба психи! – прошипела братьям, и те переглянулись, продолжая молчаливый диалог взглядов.

– Она похоже, хорошо тебя изучила, брат. Давно у вас? Странно, что не попадалась мне на глаза… – тот, что меня поймал обратился к Яру, и я поняла, почему его лицо казалось мне знакомым. Да они с Давыдовым похожи как две капли воды! Исключением являются его короткие, стриженные по моде волосы, в то время как Яр очевидно отращивает шевелюру. Его волосы чуть длиннее, чем принято.

– Найди себе собственную игрушку и забавляйся, Глеб, – Яр оборвал размышления младшего брата и посмотрел на того так, что Глебу ничего не оставалось кроме как смерить меня взглядом в последний раз, а потом покинуть гостиную. И помещение вдруг показалось мне смертельно маленьким.