История любви леди Элизабет

Я скажу тебе, мальчик, хотя я не хотел жаловаться на то, как ты прожил прошедший год, мне больше половины твоих слуг не нравятся. Поэтому я и не навещал тебя очень часто. Твой дворецкий в Монтмейне так задирает нос, что удивляться приходится, как он дышит, а этот твой француз шеф-повар буквально вышвырнул меня из своей кухни. Это он так сказал «его кухня, и…». – Старый моряк неожиданно замолчал, и раздражение на его лице сменилось унынием. – Ян, – с тревогой спросил он, – ты не научился стряпать, пока жил один?

– Нет, а ты?

– Гром и молния, нет! – сказал Джейк в ужасе от перспективы есть то, что приготовит сам.

– Люсинда, – в третий раз за последний час сказала Элизабет. – Я не могу сказать, как я об этом сожалею.

Пять дней назад Люсинда прибыла в гостиницу на шотландской границе, где присоединилась к Элизабет для поездки к Яну Торнтону. В это утро сломалась ось их наемной кареты, и сейчас они, униженные, сидели в фургоне с сеном, принадлежащем какому-то фермеру, а их сундуки и саквояжи опасно раскачивались туда-сюда на изрытой колеями тропе, которая, очевидно, считалась в Шотландии дорогой.

"– Как я сказала в последний раз, когда вы извинялись, Элизабет, – ответила Люсинда, – это не ваша вина, и поэтому вы не должны извиняться за прискорбное отсутствие дорог и удобств в этой варварской стране.

– Да, но если бы не я, нас бы здесь не было.

Люсинда раздраженно вздохнула, ухватилась за стенку фургона, когда он особенно резко накренился, и восстановила справедливость.

– И как я уже призналась, если бы меня обманом не заставили упомянуть имя мистера Торнтона в разговоре с вашим дядей, никто из нас не был бы здесь. Вы всего лишь испытываете некоторое волнение перед неприятной встречей с этим человеком, и нет никакого повода… – Фургон угрожающе качнулся, и они обе ухватились за его стенки, чтобы сохранить равновесие, -…нет никакого повода продолжать извинения.

– Конечно, вы правы.

– Конечно, – уверенно подтвердила Люсинда. – Как вы знаете, я всегда права. Почти всегда, – поправилась она, очевидно думая о том, как была обманута Джулиусом Камероном и назвала имя Яна Торнтона в качестве одного из прежних искателей руки его племянницы.