Не мешайте палачу

Поймите же, Павел, мы здесь, на Петровке, не боги, мы не всемогущи, и наши сотрудники не могли случайно оказаться в вашем подъезде, когда туда явился Князев с заданием вас убить. Мы разрабатывали этого посредника, именно поэтому и засекли его контакт с Минаевым. Неужели вас это не убеждает?

– Нет. Наш разговор утратил предметность, вы не находите?

Он ей не верит. Или, наоборот, сразу признал ее правоту, но есть какая-то причина, по которой он не может показать, что согласен с ней. Конечно, он должен стоять на том, что Антон Андреевич Минаев – святее всех святых.

«Отстрел» команды Малькова начался через несколько дней после того, как Павел вернулся в Москву. И закончился за два дня до того, как он уехал в Белгород и поселился там в гостинице. Минаев просто не может не иметь к этому отношения. А где Минаев – там и Павел. Так что оба будут стоять на своей безгрешности, упираться до последнего. Ничего, Павел Дмитриевич, ты у меня сейчас под дых получишь.

– Павел Дмитриевич, предметом нашего разговора является последовательность жертв.

Вы отдаете себе отчет, что вы в этом ряду последний?

Вот так, Павел Дмитриевич. А теперь думай. Пытайся угадать, что я имела в виду. Ни за что не угадаешь. И начнешь проецироваться. Начнешь говорить о том, что беспокоит тебя больше всего. Ну, давай же, начинай.

– И кто же, по-вашему, первый в этом ряду?

Хитришь, Паша. «Угадай слово, которое кончается на букву… – А ты скажи, на какую букву оно начинается». Ну, скажу я тебе, кто был первым в этом ряду. Все равно ты ничего не поймешь.

Потому что этот человек в обоих рядах первый – и в твоем, и в моем.

– А первым был генерал Булатников. Мне казалось, что это очевидно.

– И много ли человек в этом кровавом ряду?

– Павел Дмитриевич, давайте прекратим игру в угадайку. Вы прекрасно понимаете, о чем идет речь. И продолжаете покрывать Минаева, как будто он вам сделал много хорошего в жизни. Он убийцу к вам послал, вы хоть понимаете это? Он перевербовал вашего помощника, уж не знаю, как ему это удалось, шантажом или деньгами, но он сделал так, что ваш помощник послал к вам наемника.

– Это бездоказательно, – равнодушно сказал Сауляк. – Я не знаю, о каком помощнике вы говорите. И вообще я вам не верю.

– И напрасно, – ответила Настя почти весело, – хотите, кино покажу? Сами увидите, как Михаил Давидович Ларкин вводит вашего несостоявшегося убийцу в гипнотический транс и внушает ему вас убить. Даже адрес ваш ему называет, чтобы, значит, тот ненароком не ошибся.