Не мешайте палачу

В квартире было тихо, так тихо, словно она находилась здесь одна, ничто не мешало ей думать, и когда она спохватилась, шел уже первый час ночи. Быстро сложив бумаги в конверт, она соскочила с дивана и вышла на кухню. Павел сидел в своей любимой позе – откинувшись назад и прислонившись к стене, скрестив руки на груди и закрыв глаза. Лицо его было неподвижно, глазные яблоки под тонкой кожей век не двигались, и Насте показалось, что он спит.

– Я могу постелить вам на полу, – сказала она.

Сауляк тут же открыл глаза.

– Не надо, я уже говорил, что могу спать сидя.

– Вам нравится демонстративно приносить жертвы? – насмешливо спросила Настя. – Или вы продолжаете корчить из себя супермена, который может не есть, не пить и не спать? Тоже мне, киборг.

– Делайте как вам удобнее, – спокойно ответил Павел. – Если вам лучше и удобнее, чтобы я лежал на полу рядом с вашим диваном, – пожалуйста. Если вас нервирует мое присутствие – я посижу на кухне. Поймите же, я ценю вашу помощь и хотел бы причинить вам минимум неудобств.

«Ишь ты, – подумала Настя, – ну как после такой тирады оставить тебя на кухне! Ведь это означало бы признание, что твое присутствие меня действительно нервирует. Черт с тобой, придется терпеть тебя рядом с диваном, но это и лучше, во всяком случае, я в любой момент смогу видеть тебя, а не прислушиваться к звукам на кухне и не гадать судорожно, чем ты там занимаешься и не точишь ли огромный острый нож с нехорошим намерением воткнуть его мне в глотку».

Она вытащила с антресолей матрас, бросила его на пол посреди комнаты, достала из шкафа подушку, шерстяное одеяло, комплект постельного белья и отправилась в душ.

Когда она вернулась в комнату, Павел лежал на матрасе, укрывшись одеялом. На подушку была надета наволочка, однако простыня и пододеяльник лежали аккуратно сложенными на кресле. Настя заметила, что там же, на кресле, лежал джемпер Павла, но никакой другой одежды она не увидела и поняла, что он лег не раздеваясь, точно так же, как ложилась под одеяло она сама, когда ночевала вместе с ним в гостиницах.

Настя погасила свет и забралась в постель. О том, чтобы уснуть, не могло быть и речи, и она, свернувшись в уютный клубочек, продолжала размышлять то о палаче и о том, как его вычислить, то о Павле и двоих преследователях. Сауляк лежал очень тихо, но она никак не могла забыть о его присутствии. Иногда ей удавалось ненадолго задремать, но сон был неглубоким и тревожным, и она вскоре просыпалась, вздрагивая и чувствуя себя все хуже и хуже.