Не мешайте палачу

Она оказалась очень милой женщиной, угостила меня чаем, пока горничная убирала номер…

– Как вы думаете, они хорошо вас помнят?

– Думаю, да. Горничная, во всяком случае, точно помнит. Вчера я столкнулся с ней в коридоре, и она спросила, как я себя чувствую.

– Они смогут вас опознать по фотографии?

– Надеюсь.

– Ладно. – Настя решительно поднялась из-за стола. – Посидите здесь, никуда не уходите. Мне нужно позвонить. Но я предупреждаю вас, Павел, моя доверчивость не безгранична. Если окажется, что вы меня обманываете…

Она остановилась, подыскивая подходящие слова.

Ей очень хотелось сказать что-то вроде «я вас в тюрьме сгною» или «я вам никогда этого не прощу», но от этих слов за версту разило дешевой мелодрамой.

– То что? – спросил Павел очень серьезно.

– Ничего, – резко ответила она. – Но лучше бы вам меня не обманывать.

– Вы все забыли, – сказал он все так же серьезно.

– Что я должна помнить?

– То, что я вам говорил. Я никогда вас не обижу.

Он снова прикрыл глаза, скрестил на груди руки и откинулся на спинку стула.

На какое-то мгновение Насте показалось, что они еще не вернулись в Москву, что путешествие из Самары в столицу продолжается и неизвестно, когда и чем оно закончится. Все было так же: его поза, его непроницаемое лицо-маска с закрытыми глазами, стена недоверия и отчуждения, стоявшая между ними.

Она встряхнулась, вышла из кафе и пошла искать телефон. Вернувшись минут через двадцать, она застала Павла все в той же позе.

– У вас в Москве есть жилье? – спросила она, усаживаясь за столик.

Он молча кивнул, не открывая глаз."

"– Вы должны будете находиться в своей квартире и никуда не уходить. Я договорилась, ваши липовые документы фигурировать нигде не будут. Сейчас мы с вами поедем в одно место, вас сфотографируют, и вы отправитесь к себе домой. Наш сотрудник сегодня же вылетит в Белгород и предъявит вашу фотографию работникам гостиницы, где вы останавливались. Если они вас опознают и подтвердят все, что вы мне рассказали, считайте, что вам повезло.

Вас только допросят, вы должны будете рассказать о своей девушке, о ее образе жизни, о ее знакомых. И все, больше вас не тронут.

– После этого я смогу снова уехать?

– А что, очень надо?

– Я не могу пока оставаться в Москве.

– Боитесь, что ли? – насмешливо спросила Настя.

– Жалею ваш труд и ценю его, – отпарировал он так же насмешливо. – Не для того вы меня тащили через пол-России с четырьмя пересадками, чтобы меня в первый же месяц шлепнули.