Не мешайте палачу

Изотов настаивал, его жена стояла к Гарику спиной, но по тому, каким резким жестом она перевесила сумочку с одного плеча на другое, он понял, что женщина недовольна внезапным решением мужа. Наконец они вместе вышли на проезжую часть, обогнув припаркованные у края тротуара автомобили. До перекрестка было далеко, и движение на этом участке было интенсивным. «Ну же, – мысленно подталкивал его Гарик. – Ну, давай, толкай ее, чего ты медлишь! Толкай!»

Ему казалось, что время остановилось, хотя на самом деле с того момента, как Изотов и его жена сошли с тротуара, прошло всего три-четыре секунды.

Гарик понимал, что депутат, следуя программе, ждет наиболее удобную машину, которая проедет совсем близко от него. Асатурян отвернулся и зажмурился, такое напряженное ожидание всегда причиняло ему почти физическую боль.

И в этот момент раздался глухой стук, визг тормозов и истошные вопли прохожих.

* * *Самое легкое задание Павел поручил Рите. Он предварительно посмотрел на всех, перечисленных в списке Минаева, и выбрал человека, для работы с которым требовалось минимальное усилие.

Просто удивительно, думал Сауляк, что этот тип до сих пор жив. По нему могила давным-давно плачет.

Для этого человека не существовало правил, даже самых элементарных, соблюдение которых подсказывает не законопослушание, а здоровый инстинкт самосохранения. Он постоянно садился за руль пьяным и гнал машину с невероятной скоростью, курил на бензозаправках и делал множество других столь же глупых и опасных вещей.

Кроме того, он был невероятно внушаем и неустойчив, легко поддавался на любые провокации, позволял втягивать себя в авантюры, обожал заключать пари и не умел отстаивать собственную точку зрения, при малейшем нажиме переходя на сторону оппонента и во всем с ним соглашаясь. Это был человек, для которого проще было сказать «да» в ответ на самое невероятное предложение, чем говорить «нет» и объяснять причину отказа. Он просто боялся любого интеллектуального усилия. Напряжение мозгов казалось ему делом столь же трудным и невероятным, как подъем груза весом в тонну голыми руками.

– Пусть в интервале от шести до семи вечера на полной скорости свернет с Садового кольца на Сретенку и проедет пятьсот метров, – говорил Павел Рите. – Потом остановится, выйдет из машины и ждет, когда к нему подойдут.

Рита, как обычно, никаких вопросов не задавала. Раз надо, чтобы вышел и стоял, – значит, надо. Павлу виднее.

– Память блокировать?

– Обязательно.