Истории от разных полушарий мозга. Жизнь в нейронауке

Параллельно происходили совсем другие события, благодаря которым я начал осознавать силу духа соперничества у ученых. Норман Гешвинд[40], молодой невролог, и Эдит Каплан, столь же молодой нейрофизиолог, работали в бостонском госпитале для ветеранов. Они опубликовали отчет о случае пациента, П. К., страдавшего от мультиформной глиобластомы, опухоли, захватившей левое полушарие его мозга. Во время операции, проведенной для уменьшения объема опухоли, он перенес инфаркт[41] передней мозговой артерии[42]. Как Антонио Дамасио отмечал годы спустя в некрологе Гешвинду, “передняя часть мозолистого тела, а также медиальная область правой лобной доли были необратимо повреждены”, что “привело к серьезным проблемам с письмом, называнием предметов и контролем движений его [П.

 К.] левой руки”[43]. Если коротко, нехирургическое повреждение в результате инсульта, в противоположность рассечению мозолистого тела в ходе специальной операции, дало эффект потери связей между нейронами, или дисконнекции[44]. Гешвинд и Каплан впервые изложили полученные данные на заседании Бостонского общества неврологии и психиатрии 14 декабря 1961 года[45].

Гешвинд и Каплан очень умно интерпретировали случай с непонятной опухолью как включающий повреждение мозолистого тела и провели некоторые простые тесты, результаты которых согласовывались с их догадкой. После смерти пациента несколько месяцев спустя вскрытие подтвердило их диагноз. Весной была опубликована еще одна статья об этом случае. В богатом на новости разделе “Сообщения на различные темы” в майском номере The New England Journal of Medicine 1962 года вышла заметка Гешвинда, повествующая об этих удивительных наблюдениях.

Специально был сделан акцент на то, что впервые эти данные были представлены на встрече 14 декабря 1961 года. Открытие наделало шума в Бостоне."

"Гешвинд отправил копию рукописи своей еще не вышедшей статьи Сперри, чтобы тот прокомментировал ее, где-то в начале 1962 года, как раз когда мы тестировали У. Дж., но до того, как мы опубликовали свои результаты.

В рукописи он отмечал, что работа Сперри на животных надоумила их с Каплан проверить своего пациента на наличие у него эффектов дисконнекции. Сперри устроил коллоквиум в Гарварде осенью 1961 года, где описал часть этой работы. Про нее в общих чертах тогда уже знали, и для исследователя было совершенно нормально говорить о своих “свежайших” результатах. В то время я как проклятый работал в Пасадене, тестируя У. Дж. перед операцией.