Истинная из прошлого

Мои маленькие цели занимали всю жизнь, я училась, работала, стремилась ко вполне определённым целям, а что будет дальше?"

"– Не переживай, они тебя не тронут, – я замерла, Ян понял мой испуг и пояснил: – Ты стала дышать иначе, разница небольшая, но я почувствовал. Не волнуйся из-за моих парней, они к тебе больше не подойдут. И не тронут, – он чуть сильнее сжал меня, словно забыл, что я ему не принадлежу. – Отец просто потребовал, чтобы я взял их с собой, показал, как живут люди. Это традиция, знаешь ли. Дурацкая традиция, от которой обычно только польза.

Но Костя и Миха и раньше вели себя неправильно с человеческой точки зрения. Для нас нормально показывать свою силу, доказывать зубами, выгрызать победу. Но вот то, что они пытались сделать… Мы ведь не звери, Рита! Вы, люди, считаете, что нами управляют лишь звериные инстинкты, но это не так. Оборотни легче заводятся, впадают в ярость, за обиды мстят до последнего… Я выполнил просьбу отца и теперь буду расхлебывать проблемы с этими двумя.

Я лежала, таращась в стену, боясь спросить, остался ли жив тот оборотень, которого Ян оставил на поляне. Не потому что боялась, просто не хотела портить образ своего спасителя кровью.

– А-а, – начала и замерла.

Рука Яна сместилась чуть ниже.

– Спрашивай, – вздохнул он.

– А оборотень, с которым… Он жив?

– Жив. Отправил его отдохнуть, наверное, Миха, уже проспался и вернулся в гостиницу. Послушай, тебе, правда, не о чем беспокоиться.

– Я тебе верю.

– Вот и правильно. Ты выспалась? Мне уже пора.

Нужно проверить, как там парни, со мной ведь не только Костя и Миха были, нас там… много. Я не хотел тебя будить, но раз уж ты уже проснулась…

Как признаться себе, что не хочу его отпускать? Что не хочу, чтобы он ушел из моей жизни. Пусть психологи всего мира твердят о том, насколько нереальны мои чувства сейчас. Да, я испытываю к нему благодарность за спасение, и это чувство никак не может быть наносным, но кроется за этим и нечто иное.

Я отодвинулась, почувствовав, как его рука соскользнула с меня.

Кровать скрипнула, прогнулась, и Ян встал.

– Спасибо, – прошептала в подушку.

– Не стоит. И… лучше пару дней отдохни, хорошо?

– Да, конечно.

Я не оборачивалась, почти не дышала, ждала, слушала, когда хлопнет входная дверь. И только услышав, тихонько выдохнула и зарылась лицом в подушку. Плакать и жалеть себя не хотелось, Ян прав, в том, что произошло не моя вина, а тех оборотней, которые решили, что им дозволено все.