Истинная для волчьей стаи

А потом…

Потом я побывала вместе со Стеллой на празднике в одном известном волчьем семействе. Я помогала этим братьям обрести истинную. И теперь они праздновали рождение сына. Наследника. Будущего Альфы.

Я увидела ребенка. Малыша.

Крохотного волчонка с забавным чубчиком на лбу…

Глава 32.

Ребенок. Малыш. Волчонок…

Я почувствовала глухой удар, там, в области, которую называют местом материнства. В самом низу живота. Мое чрево жаждало плода.

- Тебе надо родить.

- Ты знаешь, Стелла, что я могу зачать только от…

- В чем проблема?

- Что значит, в чем проблема? Ты считаешь я смогу с ним…

- А почему нет? Закроешь глаза, чтобы не видеть его лицо и все…

Если бы дело было только в этом!

- Ты хочешь ребенка?

Я очень хотела.

Больше всего на свете. Я представляла, как приеду к Бобу, он будет ждать меня в своем поместье, недалеко от Велигамы, выйду из лимузина, на руках у меня будет маленькая девочка, с золотыми кудряшками. Она протянет к нему руки и скажет: «Привет, дедушка». А он украдкой смахнет слезу, и пойдет знакомить ее со своими женами – их у него две и обе обожают его…

Стелла все придумала.

Боб помог ей – у него были связи в спецслужбах.

Я старалась не думать о том, что увижу его.

Почувствую своего Альфу.

Я знала, что он точно не почувствует меня – Стелла позаботилась об этом.

Она была сильной ведьмой.

Артур не знал с кем ему предстоит играть в его игры.

Он давно состоял в закрытом клубе, несмотря на то что в прессе писали о том, какой он верный и преданный супруг.

Я была в маске. Под маской мое лицо тоже было не узнать – автозагар, яркий макияж, накладные ресницы, губы, специально увеличенные. Прическу я тоже изменила – выкрасила волосы в пепельный блонд.

Сначала он никак не отреагировал на меня. Приказал раздеться, лечь, раздвинуть ноги.

Я выполнила приказ, несмотря на то что чувствовала дикую дрожь. Мне казалось, он поймет, узнает, несмотря на все уловки Стеллы.

- Мне сказали, что бить тебя нельзя. Ты дорогая, эксклюзивная игрушка и я должен быть аккуратным.

Скажи, сколько?

- Что?

- Сколько стоит твоя боль?

Он спросил именно так.

Сколько стоит моя боль. Сотни бессонных ночей. Нет, не сотни, тысячи. Баррели пролитых слез, километры пройдённых к своему покою дорог.

- Мою боль тебе не купить.

- Я готов заплатить хорошо. Ты даже представить не можешь…

О! Я могла! И он уже хорошо заплатил за мою боль. Я видела это по его голодным глазам, лишенным жизни и радости.