Истинная для Грифона

– Девушка хлопнула в ладоши и побежала в лабораторию. Вернулась со свертком.

Натан взял у нее сверток. На обычной серой бумаге были нанесены рисунки мечей и щитов. Кажется, Настя решила творчески подойти к подарку. Натан аккуратно раскрыл подарок. Внутри оказались темно-синяя рубашка и брюки, сшитые Настей и украшенные вышивкой.

– Переодевайся, – поторопила она, подталкивая его в лабораторию.

– Зачем? – удивился он.

– Праздник же, – страдальчески проныла она.

Праздник можно было встретить и в обычной одежде, но, видимо, Настя хотела, чтобы этот уютный вечер был настоящим событием.

И само собой, он не мог отказать ей в такой малости. Кажется, он вообще не сможет ей отказать, что бы она ни попросила. Натан послушно облачился в подаренную одежду. Обновки сели по фигуре, и он в очередной раз похвалил про себя мастерство Насти. Это не первая рубашка, которую она для него сшила, но точно самая нарядная."

"Выходя из лаборатории, он замер в дверях, залюбовавшись Настей. На ней было платье темно-зеленого цвета, довольно простое по фасону, но оно ей невероятно шло, подчеркивало изящную фигуру и цвет глаз.

Несмотря на тренировки, Настя поправилась, избавившись от болезненной худобы. Волосы за последние месяца отросли и волнами спускались на плечи. Она неуверенно коснулась шрамов на щеке. Натан знал, что теперь Настя жалела о том, что оставила их. Она каждый день наносила заживляющую примочку, и шрамы сейчас были не очень заметны. Да, по правде говоря, он не обращал на них внимания.

– А как обычно отмечают этот день? – спросила Настя, накладывая ему салат под странным названием «винегрет».

– Обычно проходят народные гулянья, танцы до самого рассвета.

– Танцы устроим. – Настя звонко рассмеялась, глядя, как Натан разливает свою наливку по чашкам. Красивых бокалов в доме не было.

Они действительно устроили танцы под музыкальную шкатулку, которую пришлось искать еще дольше, чем наливку. Он заговорил о танцах своей страны, чопорных, медленных. Настя рассказала ему про дискотеки своего мира и даже показала, как на них танцуют, хотя танцем эти дерганья и виляния задом сложно назвать.

Давно он так не смеялся.

Громко хохоча, они буквально рухнули на кровать Насти, и та натужно затрещала.

– Спасибо, Натан, – вдруг проговорила Настя.

– За что?

– За то, что пустил к себе. Мне так хорошо здесь в лесу возле озера. Всю жизнь бы так жила!

Настя улыбалась тепло, искренне. Сердце защемило.

– Это тебе спасибо.

Его голос звучал глухо от нахлынувших чувств.