Моя по праву

Как будто нежилая вовсе. Так не бывает! Особенно когда в доме маленький ребенок.

Вон пару дней назад ждали Измайлова и навели марафет. Так все равно Санькины бутылочки стояли на кухне. А сейчас их нет.

Уехала она что ли? Не дождалась, как обещала?

– Влада-а! – ору, разворачиваясь круто. И чуть не сбиваю с ног Гришу. Мой ручной пингвин вместе с коробками шарахается в сторону.

– Да поставь ты их, – приказываю на ходу. – И цветы в воду! Леху найди! Узнай, куда мои делись. Быстро!"

"Голос предательски срывается.

Влада, девочка, как ты могла так поступить со мной!

Устремляюсь наверх.

– Где же ты, вероломная? – шепчу, врываясь в пустую спальню.

Затем рывком открываю дверь в детскую, где еще вчера нянька играла с моим сыном.

И сбившись с шага, превращаюсь в статую. На огромном темно-синем ковре, присланном моей матери из Самарканда, спят обнявшись Влада и малыш.

Мой сын и моя жена.

Охреневаю от эмоций, разрывающих душу. Смотрю как баран на самых дорогих людей и только одно слово могу вымолвить.

Мои!

Больше ничего на ум не приходит. Голова идет кругом. Ни одной мысли там не наблюдается. Это сумасшествие какое-то! Влада спит, свернувшись калачиком. Обнимает сына, держа его в кольце рук. И нет картины совершенней.

Повинуясь инстинкту, оглядываюсь назад. Натыкаюсь на Гришу, дышащего куда-то в район моих лопаток.

Вот же пингвин проворный, твою мать!

– Кажется, я дал тебе поручения, – рычу, закрывая дверь перед носом помощника. И последнее, что вижу, это обалдело-обиженный взгляд.

«Здоровый мужик, а повадки как у малолетки», – успеваю подумать, стягивая мокасины.

Пристально осматриваю босые ноги. Вроде чистые… И по старой привычке обтерев одну ступню о другую, ступаю на мягкий, чуть щекочущий ворс.

Опустившись на колени, застываю как вкопанный.

Влада, Владочка!

Ладонь так и тянется к русым волосам, разметавшимся по синей глади ковра. Одергиваю себя, боясь побеспокоить.

И тут же на автомате решительно сдвигаю в сторону разбросанные рядом пирамидки и кубики.

«Я должен быть с ними рядом», – заявляю самому себе, укладываясь рядом. Осторожно опускаю руку рядом со светлой головкой любимой. Ощущаю, как маленькая ножка, отталкивая, упирается мне под ребра.

«Вот же поросенок!» – думаю усмехаясь. Прикрываю глаза. Я немножко полежу, пока Влада спит. Поохраняю сон. Ее и нашего сына.

Вдыхаю такой знакомый до боли запах. Немножко сандаловых нот и цитрусовых.