Моя по праву

Вот только где и когда на нее вышел Саблин или кто-то из его окружения?

По большому счету, тот слив пошел мне на пользу. Вовремя переделали установку. Внесли в нее некоторые улучшения. А кое от чего отказались умышленно. И снова обошли Саблина.

Если так разобраться… Я свел потери к минимуму. Осталось только простить Владу и навсегда выкинуть ее из головы.

Вот только не получается. Меня неудержимо тянет именно к этой женщине. Так и хочется сейчас взять на руки ребенка, обнять Владу за талию и уйти вместе с ней наверх.

Оставив стариков и Элечку обсуждать будущий хит.

Но нельзя! Влада испугается. Малыш закричит. Брат обязательно вмешается.

Но ей-богу, снова в груди поднимается желание. Хочу вернуть бывшую любовницу… Присвоить… Подхватить на руки и сбежать из этого дома.

Но не могу! Впервые в жизни не получаю сразу желаемое.

Подожди, девочка. Еще не вечер. Поговорим. Все обсудим. И твое воровство и мою любовь.

Судя по реакции, ты до сих пор каешься в глупом поступке.

А что делать, девочка? С Саблиным шутки опасны.

Малыш, размазав остатки печенья по рукам, тянется за яблоком.

– Сейчас почищу, Сашулька, – подрывается мой брат. Тонким ножом срезает зеленую спиральку кожицы. И разделив яблоко на четыре части, одну подает малышу.

– Такой лапусик! А сколько ему? – отвлекается от договора Элечка.

– Год и три, – на автомате сообщает Влада. Роняет испуганный взгляд в мою сторону.

Я, конечно, не знаток человеческих душ. Но отчаяние и страх разглядеть могу.

А значит…

Ребенок мой?

Лениво тянусь к телефону и отбиваю Грише новое задание.

«Тест ДНК. Узнай, что требуется».

Влада, будто прочитав мои мысли, сбегает как испуганный кролик. Смущенно извиняется. Малыша надо укладывать спать.

– Я провожу, – поднимается следом Галина.

– Маркуша, у нас мало времени, – напоминает недовольно Измайлов.

– Не волнуйся, Эдичка! Поедем как скажешь.

– С мелодией еще поработать нужно, – липкий взгляд Эдички задерживается на Владе. – Оставь мне свой телефон, кисонька. Поколдуем…

– Эдичка, – строго напоминает о себе блондинка.

– Что милая? – равнодушно реагирует Измайлов. Видимо за долгие годы научился клеить новых баб в присутствии жен и любовниц.

– Я запишу, – рыкает брат, не скрывая раздражения.