Моя по праву

Откинув в сторону творение великого Михаила Ивановича, берет мою ладонь в свои. Медленно и нежно целует пальцы.

– Я сильно накосячил, зайчона, – признается порывисто.

Дрожь пробирает по всему телу. Сердце трепыхается словно лоскут на ветру.

Какие признания, елки-палки! Запоздалые и совершенно бессмысленные.

– Простишь ли ты меня? – спрашивает Ростислав, гладя мою руку.

– Мне уже все равно, – выдавливаю из себя. Каждое слово дается с трудом.

– Врешь, – ухмыляется Градов.

Стремительно прижимает к спинке дивана и выдыхает порывисто.

– Ты действительно ходила к врачу. Я проверил. Дикое совпадение, Влада. В том же здании находится офис Саблина… Мне сообщили о промышленном шпионаже: якобы ты работала на этого козла.

– И ты поверил? – роняю горько. Глаза тут же заполняются слезами.

– Не реви, – шепчет Градов, осторожно убирая мокрые дорожки с моих щек. – Я найду эту крысу. Урою на фиг. Только, пожалуйста, дай мне шанс все исправить…

В голове не укладывается ужас происходящего. Даже расплакаться сил нет.

"– Выходит, я не только убийца, но еще и воровка, – улыбаюсь горько.

– Ты как жена Цезаря вне подозрений, – обжигает Градов хриплым дыханием.

Тянется ко мне с поцелуем, пресекая любое сопротивление. Вжимаюсь в спинку дивана. Борюсь с собой из последних сил. Градову нельзя верить. Предавший один раз, предаст снова.

Но так хочется снова почувствовать себя желанной и единственной.

Ростислав осторожно прижимает меня к себе. Вдавливаюсь всем телом в мускулистое тело. Несмело обвиваю руками мощную шею.

«Будь, что будет», – прикрываю глаза и тут же вздрагиваю от резкого стука. Дверь распахивается.

На пороге застывает тот самый одышливый майор.

– Стучаться надо, командир! – раздраженно замечает Ростислав и добавляет с холодным равнодушием. – Горим, что ли?

39. Неужели, флешка?

– Да хотелось бы с Владой Николаевной побеседовать… Детали уточнить, – мнется у порога полицейский.

– Дождемся наших адвокатов. Моя супруга только в их присутствии сможет дать показания, – абсолютно спокойно заявляет Градов.

В каждом его слове и движении чувствуется превосходство над внезапно сникшим майором. Это со мной он держался высокомерно. Но против Ростислава Владимировича не попрешь. Будь я сама, я бы точно не справилась.

«Будь ты сама, телохранителя Градова ранили в другом бы месте», – вовремя включается здравый смысл.

– Моя супруга… – как ни в чем не бывало продолжает вещать Ростислав.