Истинная для двоих

Это мне повезло, папа и мама была чудесными, самыми лучшими… Просто самыми-самыми родителями! А у Юльки… Бывает так, что хоть и есть ребенок, но он не нужен. Родили – и ладно, накормили, одели, долг выполнили. Так мы и стали с ней почти сёстрами, моя мамочка любила и ее, всегда приглашала к нам, гордилась ее успехами так же, как и нашими с Машкой."

"– Да вижу уж, – она закатила глаза. – Как дядь Миша такое допустил? Он же хотел тебя турнуть из дома, если и дальше будешь сиднем сидеть. Что, не смог? Мне с ним поговорить? Тебя за уши из дома выволочь не мешало бы.

– Юль, – в горле встал ком. – Юль…

– Ну, и чего «юлькаешь»?

Я должна ей сказать, это будет правильно, но так сложно.

Слезы навернулись на глаза, Юлино лицо расплывалось, скрытое полупрозрачной пеленой.

– Их нет…

– Кого нет? – не поняла она, чуть-чуть встревожившись.

– Мама и папа… Их нет. Они… Они в сентябре на машине разбились. Мы теперь с Машкой одни остались.

Юля побледнела. Наверное, она сейчас стала похожа на меня. Но у нее было больше сил, она смогла сдержаться, выдохнуть, мотнуть головой.

– Ох, Анька, ну, как же так, – сползла со стола, обошла его и обняла меня. – Как же вы теперь, маленькие мои. И почему мне не позвонила? Я бы тут же сорвалась с места, прилетела к тебе… Ну, почему не позвала, не сообщила?

Я не знала, что ей сказать. Мне не хотелось даже говорить обо всем.

Рассказать, что я сама позволила отключить папу от аппарата искусственного дыхания? И то, как держала его руку, понимая, что она холодеет? Как видела изменения в цвете кожи… Свой страх и ужас от осознания, что ничего не изменить.

– Я не могла, Юль.

И она меня поняла.

– А я со своими вообще не общаюсь, – она отступила от меня. – Глупо, но не могу иначе. Приезжала, мать денег тупо на водку просила. Я дала и… Не возвращалась, – Юля криво усмехнулась. – Да уж, я тут с такой надеждой к тебе ехала, а оно вон как… А Машка?

– Держится.

– Вам… Денег хватает?

– Да, с этим проблем нет, – признаваться, что все не так уж радостно, мне не хотелось.

Но я забыла, что Юлька меня слишком хорошо знает.

Подружка качнула головой, хлопнула меня по плечу:

– Ты здесь загнешься, в этом болоте. Я ведь чего приехала – мне помощник нужен, человек, которому я буду безгранично доверять.

– Юль, я не буду работу менять, – предупредила сразу, но она не успокаивалась.