Истинная для дракона. Противостояние

— Ты хрупкая, маленькая, нежная…

— Я вчера чуть не убила тебя, Азул, помнишь? — улыбнулась, чувствуя, как потеплело в солнечном сплетении.

— А что тебе оставалось?

— Слушай, спаситель мира, — уже откровенно потешалась над его угрызениями, — прекращай хандрить. Если тебе меня вручили, значит… должно как-то срастись все. Давай разберемся с проблемами поважнее, потом уже решим, что делать с нами…

Он повернулся ко мне и сгреб в объятия:

— Ты — важнее.

— Нет, и ты это знаешь, — я вдруг поняла, что именно рвет его на части.

— Когда я так думал — проиграл и потерял тебя. Если я ввяжусь сейчас в разборки с джиннами…

— А как по-другому?

— Я не хочу ошибиться снова.

— Ты сможешь жить спокойно, если оставишь все так, как есть?

Он наклонился ко мне и заглянул в глаза:

— Я не смогу жить без тебя.

Я моргнула, чувствуя, как в груди набухает что-то большое и теплое.

11

На улице стояла невероятно соблазнительная для прогулки погода — легкий морозец, солнце, свежий искрящийся снег.

— Может, попробуем закрепить успехи с оборотом?

Дракон ждал меня посреди двора.

— Ты серьезно считаешь вчерашнее успехом? — возмущенно округлила глаза, глядя на Азула.

— Вполне.

— У драконов так много жизней? — улыбнулась я и направилась к нему, ступая по снегу на носочках.

Чистое счастье вот так вот остужать эмоции, когда плавишься под взглядом Дракона.

— Одна, но большая, — его улыбка стала шире.

— Я боюсь не вернуться, — подошла к нему и заглянула в глаза.

— Ты же вернулась, — он любовался так откровенно, казалось, я таю, как снег под моими стопами.

— Случайно. Я всегда возвращалась во сне.

— Когда ты обернулась в первый раз?

Вокруг было так тихо, будто мы остались одни. И никуда не сбежать от его вопроса.

— Когда Аршад лишил меня девственности, — опустила глаза на его грудь. Пока он молчал, я в подробностях изучила потертую надпись на его футболке, но, не дождавшись реакции, решила продолжить: — Потом он сказал, что я была зверем несколько дней.

— Где ты была? — звенел напряжением его голос.

— Он спрятал меня в каком-то подвале. Я металась в темноте одна. Ты даже не представляешь, как тогда хотелось сдохнуть.

Азул не пытался обнять, пожалеть. Он просто застыл в тихой ярости, а я наблюдала, как вокруг нас все быстрее тает снег, превращая площадку в мокрое месиво.