Истинная для древних

Мы сами создаем себе трудности, а надо смотреть на всё проще. Обида на волков пропала, словно её и не было. Всё плохое забылось и стёрлось из памяти. Ещё ночью я злилась на них и думала, как буду мстить, что успею сделать. Думала о жизни, какая она теперь будет, а тут такой крутой поворот.

Перемену во мне заметили и Альфы — меня окружили теплом и заботой. Ко мне стали относиться как к хрустальной вазе, и не только Альфы, а все! Мне это не нравилось. Моё настроение продолжало прыгать туда-сюда, страдал весь замок, отчего я радовалась.

Меня развлекала охрана, которая всегда была рядом. А когда я начинала рыдать, они содрогались от ужаса и не знали, что делать. Ещё мне становилось плохо, когда Альф не было рядом. Тогда в приступе гнева из-за того, что меня бросили дома, летала вся посуда и не только. Зато Альфы сразу появлялись и утешали, ради этого я готова была разносить хоть все комнаты по очереди каждый день.

Проблемы с аппетитом начались тоже неожиданно. Мне принесли стейк из свинины, от вида которого меня затошнило.

— Лена, кушай, ты и так стала мало есть, тебе надо набираться сил, — нахмурился Кристиан, увидев, что я не ем. Да как он не чует этот запах? Мне принесли тухлое мясо, а он говорит: «Ешь!»

— Не буду, — и отодвинула тарелку.

— Дорогая, тебе нужно есть! — с нажимом сказал он, а меня сорвало.

Схватила тарелку и кинула.

— Ни за что! — закричала я. Схватила вазу с цветами и вылила всё на него. Как ни странно, но это помогло, и я успокоилась. Мокрый Альфа действовал на меня благоприятно, так ещё и с цветочками на ушах. Прелесть! Охрана в шоке смотрела на всё это, но не вмешивалась. Знали, что и им может достаться.

— Мне не нравится вкус и запах, можно мне что-то другое? — улыбаясь, спросила я, глядя на спокойного Альфу.

Волки вообще стали гораздо покладистее. Ещё недавно за такую выходку меня бы высекли, а тут Крис молчал и улыбался. Вот только они с Аликом стали часто молиться. Но ничего, им полезно. Не знаю, что меня ждет, но я оторвусь по полной.

Кристиан устало вздохнул и убрал цветы с ушей.

— Конечно, родная, всё что хочешь, — мягко сказал он. А потом снова начал молить богов об удачных родах.

Чем дальше протекала беременность, тем веселее становилась я.