Исступление

Вошёл мягко, легко, хрипло застонал от кайфа, что волной прошёлся по телу.

Ни одна шлюха не заменит ему эту чистую и в то же время порочную училку, что заполнила собой каждую вену, каждый миллиметр тела. Она текла в нём вместо крови, она управляла его разумом.

— Будешь моей женой, — прошептал ей на ухо и, не дав переварить информацию, задвигался в бешеном ритме, вырывая из горла Белоснежки тихие всхлипы.

* * *— Доброе утро, — проговорила бесцветным тоном, поставила перед Али чашку с кофе."

"Всё, как обычно. Ни единой эмоции на её лице.

Как робот.

— Спасибо, Тая, — впрочем, он тоже не собирался сдаваться. Девочка решила поиграть в игру? Пусть.

— Яичница или каша?

— На твой вкус, — пригубил кофе, откинулся на спинку стула, наблюдая, как девушка копошится в холодильнике.

— Закончился сыр.

— Хорошо, куплю.

Она вдруг хлопнула дверью, оперлась на кухонную панель, опустив голову.

— Сколько ещё это будет продолжаться? Долго ты собираешься меня держать здесь силой?

Али пожал плечами, отпил кофе.

— Это ты мне скажи.

Ведь именно ты решила, что наши отношения должны быть такими.

— Я просто хочу уйти, Али. Я не люблю тебя, понимаешь?

Он невесело усмехнулся, поднялся на ноги.

— Полюбишь.

* * *«Будешь моей женой»…

«Будешь моей женой»…

«Будешь моей женой», — его слова звучали в голове постоянно, не давая думать ни о чём другом.

Марат не спрашивал, не делал предложение. Он просто вдалбливал меня в кровать и повторял эти слова. Он уже всё решил. Как всегда.

В его объятиях было тепло и уютно, а ещё очень нравилось его ровное дыхание, согревающее мою макушку.

На улице уже рассвело, но я не торопилась вставать. Хотелось лежать вот так, как можно дольше. Хотелось чувствовать себя слабой, беззащитной и очень желанной женщиной. Баловство, знаю. Но если однажды попадёшь в объятия к такому мужчине, выбраться из них будет сложно… А что самое грустное — не захочется.

Но если вспомнить, как он избил несчастного, ни в чём не повинного Юрия, становится страшно. Вчера, глядя в его глаза, я боялась его.

Казалось, он одержим. Это был не тот Варвар, которого я знала и даже могла успокоить. Это был зверь в чистом виде.

А если бы драку увидел Виталик? Его и так с трудом отучили шарахаться от людей. Детская психика слишком сложная и ранимая, а такая травма могла и здорового ребёнка покалечить.

Ночью, когда было так хорошо в руках Хаджиева, я не думала об этом. Просто выключила все мысли. Но сейчас, когда страсть схлынула, всё встало на свои места.