Испытание Уинтер

 – Ты точно в порядке?

Саймон замялся. Он хотел рассказать им про то, что Верховный Совет напал на Небесную башню, но просто не мог. Зачем? Уинтер было слишком плохо – они не могли бросить всё и уехать. Волновать их лишний раз не хотелось, а Лео…

Саймон оглянулся на дедушку. Тот сидел в дальнем углу зала рядом с Уинтер, которая до сих пор не очнулась и была всё такой же пугающе бледной. Зия жила в Небесной башне. Нужно было рассказать ему, что случилось, но Саймон никак не мог подобрать слов. Не мог признать, что в стремлении помочь Наследникам обрёк на смерть тётю и её нерождённого ребёнка.

Лео поймал его взгляд, и Саймон поспешно уставился на руки. Сердце сжималось. Он понимал, что должен всё рассказать, потому что так надо – потому что не Саймону было решать, должен Лео узнать об этом или нет. Но правда принесла бы лишь цунами тревог и беспомощности, и Саймон не знал, сколько ещё выдержит.

– Судя по всему, нет, – сказала Ариана.

Друзья, которых он затащил в самый эпицентр войны. И это после того, как они помогли ему найти Осколки Хищника…"

"– Я просто устал, – тихо сказал он. – Сейчас посплю, и станет…

– Саймон!

Саймон с усилием поднял тяжёлую голову и увидел Йару, которая направлялась к нему вместе с парой Наследников.

– Что такое? – спросил он, пытаясь скрыть прокравшуюся в голос усталость.

– Ты лучше всех знаешь Вадима, – сказала Йара. – Какой его следующий ход?

Судя по её тону, они давно об этом спорили, и она хотела убедиться в своей правоте. Заметив потихоньку подтягивающихся к ним Наследников, Саймон подавил вздох.

– Думаю, он нападёт при первой же возможности, – сказал он честно, вновь вспомнив предостережение ягуара. – Или на рассвете, или раньше. Я не знаю, что он сделает, но сидеть на месте точно не будет.

– Если он хочет войны – он её получит, – сказал кто-то из Наследников, и остальные его поддержали.

Саймон поморщился. Он понимал, что ягуар прав и Наследников нужно уговорить бежать, пока Вадим не напал снова. Но Саймон смотрел на них, израненных, но всё равно готовых рискнуть жизнью ради защиты своей земли и всех обитающих здесь животных, и понимал: это невозможно. Если он хочет помочь им, остаётся лишь встать в строй и сражаться.

– Никто не понял, сколько солдат было на деревьях? – наконец спросил он.