Испытание Уинтер

 – Её голос дрогнул, и она с мольбой посмотрела на Саймона. – Я не могу сидеть в стороне. Пожалуйста, Саймон. Только не снова.

Она могла бы впиться пальцами в его раны, и даже тогда не было бы так больно. Он раскрыл рот, но снова закрыл его. На ум приходили обрывки слов, какие-то оправдания, но они не задерживались надолго. Он понимал, что не может запретить ей идти в бой. Но её сила и опыт не шли ни в какое сравнение с Наследниками. Она стала бы слабым звеном. И Саймон не мог допустить, чтобы пострадала ещё и она.

Но не успел он собраться с мыслями, как Йара его опередила.

– В храбрости тебе нет равных. Но нужны те, кто будет защищать деревню в наше отсутствие. Если Вадим нас ожидает, то он нападёт при первой же возможности. Нам нужны воины, которые останутся защищать самое дорогое.

Видимо, Йара пыталась умаслить её, но Шарлотта смотрела Саймону прямо в глаза, и он знал: она не отступит.

– Саймон… пожалуйста, – прошептала она едва слышно.

Только невероятным усилием он выдержал её взгляд."

"– Прости, Шарлотта.

Это слишком опасно. Если ты пойдёшь с нами и с тобой что-то случится…

Но она не стала его слушать. Молча развернувшись, она пошла в сторону леса, и Саймон провожал её взглядом, твердя себе, что у него не было выбора. Уинтер умирала, а силы Вадима возросли с последней их встречи, ведь теперь он скрывался в лесу, полном смертоносной флоры и фауны. Однако никакие доводы разума не помогали. Даже когда Йара отвела его в дальний конец зала, где собрались остальные Наследники, перед глазами всё ещё стояло расстроенное лицо Шарлотты.

Саймон понимал: если Наследникам вдруг удастся убить Вадима, она никогда не узнает, что случилось с её сестрой, и всю оставшуюся жизнь будет за это его ненавидеть.

Ну, зато она останется жива. Она могла злиться на него сколько угодно; стоило лишь взглянуть на Уинтер, и он вспоминал, чем могло обернуться его согласие. Он не хотел рисковать.

План Наследников оказался прост: пробраться в лагерь Совета, выкрасть образец отравы и попутно убить всех солдат, что повстречаются на пути.

Нападать без чёткого представления о силах противника было рискованно, но знание территории и ландшафта местности, где Вадим разбил лагерь, давало им неоспоримое преимущество. На собрании Саймон говорил мало – только заметил, как сильно Вадим любит пользоваться ядами, что после случившегося с рекой и так было очевидно. Наследники не стали ничего уточнять, и его это радовало. Приятно было в кои-то веки не быть центром внимания.