Исповедь

"

"Повернувшись к ней полностью, я скользнул рукой вниз, нашел эти нежные губки между ее ног и, раздвинув их, начал дразнить пальцами клитор и обводить кругами чувствительные розовые складочки ее входа. Поппи пошевелилась и счастливо вздохнула во сне, инстинктивно раздвинув ноги, чтобы предоставить мне лучший доступ. Ее глаза оставались закрытыми, а лицо – расслабленным. Она все еще находилась в забытье.

Я наклонился и обхватил губами сосок, нежно посасывая и обводя языком затвердевшую вершинку.

Теперь Поппи извивалась, хотя по-прежнему не просыпалась, и, черт возьми, я больше не мог ждать. Я приподнял ее ногу и положил себе на бедро, расположившись над ее входом. Удерживая Поппи на месте, я толкнулся в нее, и сомнения, подобно занавеске на окне, которая загораживает солнечный свет, или как дверь, которая приглушает шум вечеринки, сразу же рассеялись. Они исчезли перед лицом нашей связи, перед ощущением ее тугого влагалища, сжимающего меня. Боже, я мог бы остаться в таком положении навсегда, даже не двигаясь, а просто находясь внутри нее, чувствуя, как она возбуждается и потягивается, как томная кошка, пока я крепко прижимал ее бедра к своим.

Наконец Поппи открыла глаза. Она выглядела сонной, но довольной.

– М-м-м, – промурлыкала она, сильнее обхватывая ногой мою талию. – Мне нравится вот так просыпаться.

– Мне тоже, – прохрипел я, убирая прядь волос с ее щеки.

Поппи положила руку мне на плечо и толкнула меня назад, перекатываясь вместе со мной так, что я оказался на спине, а она – сверху, и начала двигаться, медленно и лениво покачиваясь.

Ее волосы были растрепанными после секса и сна, они спадали спутанными волнами на белые плечи и нежную грудь, а уличный фонарь отбрасывал через окно желтые блики, создавая на ее теле игру света и тени.

Временами Поппи была настолько красивой, что на нее было больно смотреть.

Заложив руки за голову, я откинулся назад и просто наблюдал за тем, как она использует меня для своего удовольствия, как начинает двигаться все быстрее, закрыв глаза и опираясь руками о мой живот.

С этого ракурса я видел, как чувствительный бутон трется о мой пах, как наполняет и растягивает ее член, и, черт побери, я мог бы потерять это прямо сейчас, если бы не был осторожен.

– Вот так! Умница! – прошептал я. – Используй меня, чтобы кончить. Вот так. Ты сейчас такая охрененно сексуальная. Ну же, детка, давай. Кончи на мне.