Испорченный

— Эм, э-э... э-э...

Я откашливаюсь и пробую снова, но слова не идут с языка. Элли украла у меня весь воздух и ослабила меня настолько, что я готов заикаться и молоть какую-то ерунду. Собственно, и говорить то нечего, вернее, ничего, что я бы доверил себе сказать.

Поэтому я делаю единственное, что в состоянии сделать прямо сейчас, чтобы не поставить под угрозу все, чего, как казалось, я действительно хотел.

Я разворачиваюсь и ухожу.

14. Отражение

Я должен ее трахнуть.

Это единственный вариант. Единственное, что может очистить мою голову и вернуть меня обратно туда, где я должен быть.

Мой палец застывает над иконкой вызова, словно клещ по всему телу ползет волна сомнения. Просто сделай это, слабак.

Я действительно хочу. До боли. Но не из-за того, что мне это необходимо.

Я должен трахнуть ее. Должен.

Нахрен все это.

Мой указательный палец едва дотрагивается до значка «позвонить», и раздаются гудки. Спустя несколько секунд ее голос приветствует меня и звучит одновременно удивленно и восхищенно:

— Джастис?

— Да.

— Я так рада, что ты позвонил.

Она знает, что это значит. Эрин ждала этого момента в течение многих лет. Она видела это во мне, когда была здесь в последний раз — отчаяние и смятение.

— И насколько ты рада? — спрашиваю я, мой голос становится низким и хриплым. В отличие от Джуэл и Кэнди, Эрин для начала нужно обласкать и поухаживать. Положа руку на сердце, я бы мог просто позвонить им, но испытывал потребность в чем-то еще... в чем-то более интимном.

Удовлетворенный, эротический звук зарождается в горле у Эрин.

— Очень рада, Джастис. Жаль, что меня нет рядом, иначе ты бы мог проверить, что творится у меня между бедер, и ощутить, как я рада.

Эти слова должны были, по крайней мере, пробудить мой интерес.