Исландская карта. Русский аркан

Я нужен в Петербурге… Собирался выехать немедленно по окончании торжеств… Вы не представляете, какая толпа сановной сволочи горой стоит за Михаила Константиновича, какая там камарилья… До подписания и, главное, обнародования Манифеста государя о назначении наследником Дмитрия Константиновича я не имею права ослабить своим уходом патриотическую партию, не могу скрыться в тень… Камарилья одолеет, и Михаил Константинович с ее помощью погубит Россию. Вы же патриот, граф! Поймите меня! Мне нужно время… один месяц… Потом уйду.

— Слово чести? — спросил Лопухин.

— Слово чести. И просите у меня что угодно! Дам все, что только в моих силах!

Лопухин ничем не выдал волнения. Но только теперь наступило время прыжка в неведомое.

Прыгнуть? Или состорожничать, отступить?..

Печальные глаза государя… И полные надежды глаза любимой!

— Прикажите выдать команде «Святой Екатерины» призовые деньги из сумм министерства, — сказал он. — Отдельно премируйте мичмана Кривцова. Предложите ему службу, он того стоит.

— Сделаю.

— Нет. Мне нужно быстроходное судно до Шанхая. Завтра в три часа пополудни судно должно быть в полном моем распоряжении.

— Стало быть, во время торжеств? — проницательно осведомился министр.

— Да.

— Сколько пассажиров?

— Трое. Я, мой слуга и… еще один пассажир.

— Не спрашиваю вас, кто третий, — неприятно морщась, сказал Грейгорович. — Лучше выставить себя дураком, чем преступником. Я ни о чем не догадался и за ваши действия не отвечаю. Вы, милостивый государь, просили от имени Третьего отделения оказать вам содействие.

— Да.

— Тогда ступайте. Надеюсь больше никогда вас не увидеть.

Граф вышел молча. Да и что он теперь мог сказать? Что судно ему скорее всего не понадобится? Это не аргумент и не оправдание…"

"Потрепанная извозчичья коляска катилась вдоль Золотого Рога. Ранний извозчик, нанятый за несусветные пять рублей, ежился на утренней прохладе и часто зевал с подвыванием, ляская зубами после каждого зевка, как матерый волчище.

Приятнее было глядеть на бухту. На воде во множестве замерли китайские лодки, именуемые здесь шампуньками.