Моя вина

– Она боится темноты, – сказал Николас.

Я посмотрела на него, удивившись, откуда он знает о моем страхе. Для меня эта тема была болезненной. И я не помню, чтобы рассказывала об этом Нику. Все засмеялись надо мной.

– Ради бога, тебе что, четыре года? – скривилась Софи.

– Мне все равно где, но я хочу поцеловать тебя сейчас, – сказал Сэм, приближаясь ко мне с улыбкой. У этого парня, что на уме, то и на языке.

Я не слишком переживала о том, что мне нужно поцеловаться с ним, это был простой поцелуй. Я встала. Сэм был блондином с карими глазами.

Я приблизилась к его губам, намереваясь наградить его целомудренным поцелуем, но этот умник решил поцеловать меня с языком, неожиданно притянув меня к себе и заставив мой рот приоткрыться. Но он все равно не получил от меня такого поцелуя, на который рассчитывал, и через секунду я оттолкнула его.

– С тебя хватит, – сказала я, повернувшись и снова усевшись на свое место. Я была в бешенстве.

– Ты целуешься, как ангел, Ноа, – засмеялся Сэм и сел на место.

В этот момент встал Ник. Вид у него был хмурый и недовольный.

– Уже поздно, пора идти, – сказал он, глядя только на меня. – Это дурацкая игра.

Я встала. Остальные тоже поднялись, уставшие от длинной вечеринки. Мы попрощались с Майком и Софи и направились к машинам. Слава богу, Анна приехала на своем кабриолете, и нам не пришлось завозить ее домой.

Ник попрощался с Анной, сел в машину и завел ее. Я не хотела говорить с ним о том, что случилось, поэтому протянула руку и включила радио. Как только машина набрала скорость и выехала на дорогу, он выключил его.

– Меня очень напрягло, что ты целовалась с Сэмом, – признался он и нервно забарабанил пальцами по рулю.

– Это была дурацкая игра – что ты хотел, чтобы я сделала? – ответила я, вспомнив, что это было желание Анны.

– Надо было сказать, что нет – и все, – отрезал он.

– Я уже сказала нет на другое желание, и кроме того, я же не прошу тебя рассказывать мне, что ты делаешь со своей девушкой или сотнями девушек, которых ты лапаешь у меня под носом, – бросила я ему, поднимая голос.

– Я ничего такого не делал, – ответил он. – И сотни девушек – это слишком много, Рыжая, даже для меня.

– А Анна?

– С Анной – это другое.