Искушение майора. Останься моей

Да везде! Даже на моей одежде, черт бы ее побрал!

Как же быстро засела в мозги. Как же быстро влюбила в себя, а затем без раздумий растоптала. Знала ведь, я говорил ей много раз, что могут быть проблемы, если о наших отношениях узнают.

Но эти дни без нее – пытка. Есть нормально не могу, да и желания нет. Стены квартиры давят так, что в гостинице ночевать кажется удобнее. Или в ресторане на диване. Где угодно, но не там, не в том доме, который весь пропитан ее цветочным запахом.

Даже не понимаю, как доезжаю до ресторана.

Белый «Mercedes» Веры замечаю еще издалека. Сидит за рулем, и она не одна. Мирить решила? Ну вот зачем лезть, а? Я же просил Артема, чтобы жену свою попросил, чтобы в мою жизнь не лезла! Всё не так, как кажется со стороны. Все намного сложнее.

Не тороплюсь выходить. Что-то задерживает меня. Может, Алиса выйдет, и хоть издалека ее увижу. Сердце колотится. В висках набатом стучат слова Савина в ту ночь. Как он назвал Алису? Продажной? А я ведь даже сейчас убить каждого готов, кто в ее адрес лишнее слово скажет.

Маленькая еще. Неопытная. Но мне сложно смириться, простить ее, даже если ничего больше между нами не будет.

Красный автомобиль останавливается рядом. Что за хрень, мать вашу? Она-то тут что потеряла?! Нет ни малейшего желания с кем-либо общаться. Напиться бы и провалятся где-нибудь. Проснуться и ничего не помнить.

Выхожу, не медля:

– Что ты тут делаешь? – стою спиной к Вере с Алисой. Сжимаю руки в кулаки, потому что Татьяна последняя, кого я хочу видеть.

– Поговорить хотела. Я соскучилась, Тимофей. И если всё еще в силе твое предложение, я готова родить ребенка.

Смотрю на девушку, а самому ржать хочется. Нервы сдали окончательно.

– Ничего себе! – тихо смеюсь и обманчиво ласково заправляю прядь Тани за ухо. Наклоняюсь к ней до такого расстояния, что еще пару сантиметров – и мои губы коснутся ее. – Ты же не думаешь, что я буду летать в облаках и сразу соглашусь, а? На хрен сюда пришла?

Я и так злой, как собака.

А такие нежданные «гости» полностью выводят из себя.

Когда-то мне нравилась эта девушка. Но теперь, после Алисы, вряд ли я снова буду иметь дело с женщинами.

– Ну ты же… Прости, меня. Я поняла, что сама всё испортила. Хочу восстановить.

– Боже, Таня!.. – трогаю пальцем ее шею, где багровое пятно прямо в глаза лезет. – Ты на себя в зеркало смотрела, детка? Незабываемая ночь у тебя была, кажется, ммм?

Отстраняюсь и бросаю на нее гневный взгляд.