Искушение майора. Останься моей

– Ты что говоришь, м? Кто тебе сказал, что ты без меня будешь?

– Ну вдруг, – поднимает голову и заглядывает в глаза.

– Вдруг ты снова во мне сомневаться будешь. Что тогда? Я не выдержу, нет.

– Никогда. Слышишь? – обхватив ее голову ладонями, заставляю смотреть прямо мне в лицо. – Никогда больше не неси эту чушь. Без тебя ни дня проводить не хочу. Ты мое солнышко. Счастье. Ты мое всё. Поняла меня?

Она молчит. Сглатывает раз за разом, кусает губы, но, черт подери, молчит!

– Алиса, ты поняла меня?

– Обещаешь всегда слушать меня и лишь потом делать вывод? – произносит каждое слово словно с вызовом.

Улыбается. В то же время сверлит меня нежным взглядом, а потом облизывает губы, и моя выдержка окончательно крошится.

– Обещаю, – вдыхаю ей в лицо. – Обещаю, Лисичка моя.

Тянусь для поцелуя, но мой телефон звонит совсем не вовремя. Я понимаю, что мне нужно срочно уходить, либо я не смогу оторваться от этой соблазнительницы, которая не отпускает мою шею, проводит языком по коже, потом прикусывает.

– Чер-р-рт! Лис! – останавливаю ее и еле заставляю себя сделать шаг назад. – Мне нужно идти, малыш. Иначе я за себя не отвечаю. Сведешь с ума, а мне уходить надо. Немедленно.

Коротко целую в щеку, забираю свой мобильник и направляюсь к двери. Алиса обиженно надувает губы.

– Сам будешь просить, – огрызается. – А я точно так же поступлю с тобой.

Глупышка. Шутит, улыбается, а мне, честно говоря, совсем уходить не хочется.

Минут за двадцать доезжаю до назначенного места. Скромный ресторан, Vip-комната номер семь.

– Добрый день.

Захаров назначил встречу, чтобы обсудить некоторые детали дела Вороновых, но я не ожидал увидеть тут Рамиля.

– Добрый, – пожимаем друг другу руки.

Присаживаюсь на кресло и рассматриваю Рамиля. Что-то в нем изменилось. Вроде его глаза были зелёного цвета, чуть темнее Алискиных, сейчас же они черные.

– Линзы снял.

Он явно имеет в виду Алису.

– Итак, – переходит к делу Захаров. – Жена Савина паникует – я вчера слушал их разговор. Янка молодец – отлично разместила жучок. Женщина пытается уговорить суку, чтобы они смылись из страны, иначе им трындец. Это ее слова, если что. Я по-другому предпочитаю материться.

Капитан злой, как чёрт, и я понимаю почему.