Искупление. Часть вторая

— Р-р-рысик, — мурлыкнула я, и он тепло улыбнулся."

"В этот момент вернулся старейшина. Флэй вновь переключился на него. Я бросала украдкой взгляды вокруг себя, рассматривая женщин, которые так же исподлобья рассматривали моего мужчину, не без интереса, надо заметить. Мне это не понравилось, особенно взгляд одной из женщин, которая успела и глазками стрельнуть, и даже улыбнуться. Но мой дикарь весь такой серьезный и гордый продолжал разговор со старейшиной, похоже, даже не заметив этих заигрываний, и я успокоилась.

Когда на стол было накрыто, к нам присоединился сын старейшины и еще несколько мужчин. Я заметила, что на меня смотрят с некоторым недовольством. Причину я не знала, потому отнесла на счет своей иноземности. Флэй, как бы невзначай, положил мне руку на талию, не отвлекаясь и не оборачиваясь, и мужчины перестали обращать на меня внимание, постепенно присоединяясь к беседе.

Женщины поднесли большую миску с водой, в которой мужчины по очереди ополоснули руки, Флэй сделал так же, мне пришлось последовать общему примеру.

Не скажу, что такой способ мытья рук, мне пришелся по душе. Так же общим полотенцем вытерлись, и женщины исчезли. Мой Рысь отрезал мне кусок сочного мяса, наложил в миску овощей, отломил кусок хлеба и улыбнулся:

— Есть придется руками, столовых приборов у нас нет, как и этикета поведения за столом. Приятного аппетита.

— Приятного аппетита, — ответила я со вздохом и принялась за еду.

На меня больше никто не косился, и я, отщипнув кусок мяса двумя пальчиками, положила его в рот.

То ли от голода, то ли от того, что уже соскучилась по мясу, но оно мне показалось божественным. Сочное, мягкое, со вкусом дыма… Едва сдержав блаженный стон, я взялась за еду более активно.

Мужчины ели, не обращая на меня внимания, запивая ужин пенным напитком, напоминавшим таргарский эль. Разговор они не прерывали. И вдруг случилось то, что заставило меня покраснеть. Один из мужчин, выпив половину кружки своего напитка, поставил ее на стол, и звук могучей отрыжки прокатился над столом.

Он даже не извинился! Моя рука замерла на полпути ко рту, но, справившись с ощущением возникшей неловкости, я все-таки донесла мясо до рта, но тут новая отрыжка еще одного сотрапезника огласила стены дома. Я поперхнулась, и Флэй поспешил постучать меня по спине. Машинально пробормотав извинения, я вновь опустила глаза. И тут финальным аккордом моему издыхающему аппетиту стала очередная отрыжка старейшины. К мясу я больше не прикасалась.