Искупление. Часть вторая

И это было так непривычно, но так правильно, словно мы все дружно ткали сеть, которая не давала моему возлюбленному Рысю уйти к далеким и холодным звездам, которые меня так сильно пугали. А из дома раздавался заунывный голос шамана, слышались глухие удары в его барабан, и доносился странный запах, который успокаивал и дарил странный покой и даже радость.

Мы сидели до рассвета, то прислушиваясь к пению шамана, то вновь говоря о Флэе. Но с первыми лучами солнца в доме все смолкло. Рогнад, бледный, с залегшими тенями под глазами, словно отдал часть своей жизненной силы, вышел из дома и сразу опустился на землю, утирая пот трясущейся рукой.

Мы замолчали, испытующе глядя на шамана.

— Даиль, — позвал мужчина.

— Я здесь, — тут же подскочила я."

"— Побудь с Флэйри. Там настой, дашь, если опять поднимется жар или начнутся боли. И жги траву, остальное сделает Таэль. Иди.

Я взглянула на свекровь, не зная, что делать. Она едва заметно улыбнулась и кивнула. Больше меня ничто не могло удержать. Ворвавшись в дом, я остановилась только рядом с ложем.

Лицо Флэя было все так же бледно, но теперь его черты не смотрелись заострившимися, дыхание стало ровным, жар ушел.

— Любимый, — тихо позвала я.

Темно-карие глаза приоткрылись, и я приблизилась к нему вплотную. Не знаю, узнал ли он меня сейчас, сил у моего Рыся не было совсем, и глаза вновь закрылись. Я снова легла рядом, взяла его за руку и слегка сжала.

— Голубка, — еле понятно прошелестел Флэй.

— Я рядом, любимый, и никуда, слышишь, никуда тебя не отпущу, — горячо заверила я.

Мужские пальцы чуть дрогнули, и я поняла, что так он ответил меня. Теперь я была уверенно, Рысь останется со мной. Счастливо вздохнув, я прижалась лбом к его плечу, и сон постепенно сморил меня.

Глава 8

Таргар. Город Камрин.

Серый рассвет постучал в окно гостевой спальни в доме городского главы мелкой моросью. Эбер Военор открыл глаза и посмотрел на стекла, испещренные тонкими пунктирами. До столицы оставалось три дня, и благородный тарг всеми силами оттягивал возвращение.

Мужчина повернулся на бок и посмотрел на женский профиль на соседней подушке. Он усмехнулся и обнял женщину, племянницу городского главы, вдову, вошедшей в его опочивальню, когда стемнело. В густом сумраке сероглазая шатенка, миниатюрная и хрупкая, очень напомнила Эберу другую женщину, и он распахнул смелой и одинокой женщине свои объятья.

Она пошевелилась и открыла глаза.

— С добрым утром, — произнесла женщина немного низким бархатным голосом.