Между нами любовь

Не знала, как родителям преподнести наличие денег. И это было для неё глобальной проблемой.

Данная проблема решалась легко. Серьёзно. Он мог заехать за Раей и поговорить с родителями.

Но не хотел переступать через неё.

Неожиданно для себя…

Он щадил Раю. Не хотел её дополнительно травмировать.

Его Оленёнок только-только начала раскрываться, чувствовать себя расслабленно в его обществе вне постели.

Передавит – может оттолкнуть. На время, конечно. Пережестит – и они снова откатятся назад, где она будет прятаться за высокой стеной.

Оно им надо?

Ему – надо?

Нет.

В Рае есть стержень. С первого взгляда невидимый. Она не выставляет его напоказ, не кидается на амбразуры. Но характер у девочки имеется. Понятное дело, что сломить можно каждого. Тем более, молоденькую девушку. Поднажми посильнее – и она надломится. Но в чём тогда будет кайф? Смотреть в испуганные глаза? Поворачивать насильно к себе лицо, когда она начнёт отворачиваться, пряча отвращение?

Шахов никогда не любил унижать женщин.

Воевать можно в постели, вне её – нет.

Поэтому он подождёт. Пока, правда, непонятно, насколько его хватит. Терпение у него тоже небезгранично.

Рая выглядела очень неплохо в чёрных свободных брюках и коричневой блузе. Женственно и сексуально. Как и должна его девочка.

– Ещё кое-что... – продолжил он, отвлекаясь от мыслей.

– Мы прямо-таки обсуждаем некое соглашение.

– Можно и так сказать.

Рая отложила в сторону столовые приборы и откинулась на высокую спинку дивана, обитого тёмным вельветом. Её белокурые волосы контрастировали с его цветом. А Давид снова поймал себя на мысли, что постоянно ею любуется. Что ловит малейшие акценты её настроения.

Оставалось понять – хорошо это или плохо.

– Далее.

– Это не всё? – пошутила Рая в ответ.

Её полуулыбка ему заходила. И ещё как. Ему, чёрт побери, Рая полностью заходила! Во всём…

Давид предпочитал и с собой играть открыто. Чётко осознавая, что он делает и для чего.

– Давай определим сроки. Например… Хм… Полгода. Часто менять любовниц я не люблю. Ты – тем более.

– Давид…

– Что? Не так что-то сказал? – он широко улыбнулся. Ситуация немного выпрямлялась.