Ирландская роза

 – Чтоб ты сдох!

В ответ Терлоу со всего маху ударил ее по лицу, едва не сбив женщину с ног. Он успел подхватить пошатнувшуюся Кэтрин, но в тот же миг, с криком: «Не трогайте ее!» – на Терлоу набросился Тим.

В руке О'Нейла блеснул острый клинок, нацеленный в грудь подростка, и Тим погиб бы на месте, если бы Кэтрин не перехватила и не удержала руку со смертоносным кинжалом.

– Пожалуйста, успокойся, Терлоу! – взмолилась женщина. – Он ведь ничего не понимает…

Угроза, нависшая над Тимом, охладила пыл женщины, словно ее окатили ледяной водой.

Терлоу смерил Кэтрин долгим, оценивающим взглядом, все еще держа кинжал наготове.

– Прости меня, прости, – извинялась она, цепляясь за рукав его камзола. – Из-за беременности я стала раздражительной. Я вовсе не хотела обидеть тебя.

Просьба Кэтрин, мольба, которую Терлоу видел в ее глазах, успокоили О'Нейла, но он не собирался прощать Тима, посмевшего возразить своему господину.

– Прошу тебя, будь снисходителен к Тиму, – прошептала Кэтрин.

Терлоу посмотрел на нее, их взгляды встретились, и О'Нейл понял, что женщина готова покориться ему.

– Как мне воспринимать потоки злобы, которые извергают твои уста? – спросил Терлоу.

– Ты больше не услышишь моих проклятий, – пообещала женщина. Она опустилась на колени, давая понять, что подчинится желаниям Терлоу. – Только умоляю, прости мальчика.

– Встань! – Терлоу рывком поднял ее с колен. – Ты не будешь противиться мне?

– Клянусь честью…

– У женщин нет чести.

Усилием воли Кэтрин подавила гнев и произнесла:

– Клянусь здоровьем моих дочерей.

Сунув кинжал за пояс, Терлоу медленно повернулся к Тиму:

– Тебе сегодня повезло, молокосос. Ты обязан жизнью леди Кэтрин и своему слабоумию. Но запомни: тебе повезло в последний раз. Никогда не поднимай руки на своего господина. Теперь возвращайся на конюшню.

Тим в нерешительности переступил с ноги на ногу и выжидательно посмотрел на Кэтрин. Он был предан ей душой и телом, и угрозы Терлоу не могли изменить его отношения к ней.

Видя его колебания, женщина успокаивающе улыбнулась:

– Со мной все будет хорошо. До завтра, Тим. – Паренек неохотно кивнул, повернулся и пошел прочь.

– Спасибо, – провожая взглядом Тима, проговорила Кэтрин. – Я бы не пережила, если бы он погиб из-за меня.

Женщина поднялась на цыпочки и поцеловала Терлоу в щеку.

О'Нейл опешил – впервые Кэтрин прикоснулась к нему по собственной воле. Он посмотрел ей в лицо и поморщился, заметив на щеке багровый след от удара.