Ирландская роза

Лиам, всегда с уважением относившийся к леди Кэтрин, не мог не оценить ее мужества. Всю долгую дорогу он проявлял о ней заботу, всегда был рядом, помогал, поддерживал. Когда Кэтрин смертельно уставала, так что едва могла держаться в седле, он пересаживал ее к себе на лошадь. Прижавшись к его широкой груди, Кэтрин могла немного отдохнуть и расслабиться.

Не раз за эти дни Кэтрин думала, что ей все же есть за что благодарить бога даже в такой отчаянной ситуации. Если бы не Лиам, она не смогла бы выдержать все тяготы этого бесконечного пути.

Въехав во двор замка, Лиам спешился и помог Кэтрин сойти на землю. Несмотря на смертельную усталость, Кэтрин все же нашла в себе силы удивиться, оглядевшись вокруг. Их приезд явно не остался незамеченным, однако почему-то их никто не встречал.

– Что ты делаешь? – воскликнула Кэтрин, когда Лиам неожиданно схватил ее за запястья и скрутил их веревкой.

– Простите меня, – прошептал он, – это необходимо.

Кэтрин понимающе кивнула, принимая его извинения. А у Лиама внезапно сжалось сердце от жалости к этой гордой, благородной женщине, готовой простить его предательство.

– Идем. – Схватив Кэтрин за локоть, Лиам подтолкнул ее к дому.

«Я графиня Тирон, и никто не должен увидеть моего страха» – снова и снова твердила она про себя, словно молитву.

"Вместе с Лиамом они вошли в дом и направились к большому залу, откуда доносился громкий гул голосов. У входа Кэтрин чуть замешкалась, но Лиам крепче сжал ее локоть и подтолкнул вперед.

При появлении Кэтрин гул постепенно смолк. А когда пленница в сопровождении своего стража проходила сквозь толпу, в зале воцарилась неестественная тишина. Сидящие за большим столом вожди ирландских кланов оторвались от беседы и молча подняли глаза на растрепанную женщину с красивым, но измученным лицом.

Кэтрин остановилась прямо перед ними. Терлоу, развалившись в кресле, встретил ее самодовольной улыбкой. Вечер обещал быть очень интересным.

Не обращая на него внимания, Кэтрин твердо посмотрела на Сорли Макдоннела, который чуть рот не раскрыл от изумления, когда узнал, кто стоит перед ним. Ему слишком хорошо был знаком открытый, прямой взгляд этих зеленых глаз. И сейчас он напомнил Макдоннелу о неоплатном долге перед их обладательницей.