Инженер Петра Великого – 7

Так началась странная шахматная партия, где вместо прямых вопросов были ходы по карте.

— Допустим, — сказал я, передвигая фигурку, — я переправляюсь через Днестр здесь. Моя первая цель — Яссы, создание надежной базы снабжения. Ваш ход, мсье.

Дюпре, выслушав, с усмешкой покачал головой и что-то быстро ответил по-французски.

— Он говорит, это первая ошибка, ваше благородие, — перевел поручик. — На месте визиря он бы позволил вам это сделать. Земли вокруг Ясс истощены. Через неделю ваша армия начнет голодать, а лошади — падать.

Это ловушка, а не база.

— Хорошо. — Я передвинул фигурку в другое место. — Тогда я не иду на Яссы. Я наношу удар здесь, по Буджакской орде, чтобы обезопасить свой фланг от татарской конницы.

Снова быстрая французская речь и перевод:

— Он говорит, это еще хуже. Вы увязнете в степи, в мелких стычках, потеряв время и силы, в то время как главная армия визиря отрежет вам пути к отступлению.

Эта дуэль через переводчика была мучительной и завораживающей одновременно. Азарт захватил Дюпре; он спорил, доказывал, чертил на бумаге схемы, стремясь продемонстрировать мне, варвару, всю глубину и изящество европейской военной мысли.

Я же, шаг за шагом, отсекая варианты, которые он сам и отвергал, вел его к единственному, самому страшному сценарию. У меня была интересная идея — заставить его самого говорить то, что мне надо, но через его слабости — профессиональные слабости. Я бы сам себя так поймал, потому и пытаюсь сыграть в эту игру. По сути, я не слушал его — я направлял его мысль.

Наконец, я передвинул оловянную фигурку, означающего Императора к небольшой, ничем не примечательной речке.

— И что тогда, мсье? Что остается моему Государю?

Дюпре откинулся на спинку стула. Его лицо выражало полный триумф, торжество интеллекта.

— Остается только это, — ответил он, через толмача-поручика. — Единственный логичный, к тому же абсолютно гибельный путь. Он пойдет сюда, к Пруту, надеясь на помощь валахов и сербов. И здесь все закончится. С этого берега его встретит стотысячная армия визиря.

Отсюда ударит конница крымского хана. А с тыла его подожмет река. Кольцо замкнется.

Он обвел на карте широким, уверенным жестом излучину реки.

— Ни единого шанса на прорыв. Голод, болезни и полное, унизительное уничтожение.

— Гениальный план, — тихо сказал я.

Дюпре самодовольно улыбнулся."

"— О да. Но его автор не я. Этот замысел принадлежит уму куда более изощренному — моему соотечественнику, блестящему стратегу, маркизу де Вильневу.