Инженер Петра Великого – 7

«Катрина» продолжала свой медленный дрейф ко второй цели — темному, зловещему прямоугольнику порохового склада. В лагере началась суматоха: крики, беготня. Они еще не поняли, откуда пришла кара, наверняка списывая все на божественный гнев. У меня оставалось мало времени. Я с неудовольствием заметил, что курс чуть сместился в сторону. Я могу и не попасть в пороховой склад.

Мне казалось, что вся армия, все стотыщ турков сейчас смотрят на меня. Но вроде пронесло. Да и кто будет пялится в небо, когда взрыв-то на земле был?"

"Когда настало время, наклонившись ко второму бочонку, я взялся за механизм чеки, чтобы повторить процедуру, — и тут же нащупал неладное.

Деревянная трубка воспламенителя перекосилась и сидела в гнезде криво. Попытка выдернуть ее провалилась. Удар рукоятью ножа — еще один — ничего не дал. Механизм сидел мертво. Попробовал поддеть острием — лишь содрал щепки. Проклятая сырость, проклятая спешка! Тщательно откалиброванный механизм превратился в бесполезный кусок дерева.

А тем временем темное пятно склада уже проплывало подо мной.

Шанс уходил. Каждая секунда промедления — десятки метров, превращающие верное попадание в гарантированный промах. Взгляд метнулся вниз. После первого взрыва у склада началось какое-то движение: возможно, турки пытались рассредоточить запасы. Если не ударить сейчас, потом будет поздно. Они меня не видели.

Мысль пришла мгновенно. Выхватив фитиль, который хранился на гондоле в небольшом ящике с оружием, я поднес его к горелке и поджег. После, я наклонился над бочонком.

Времени отвязывать чеку уже не было. Одним движением ножа я перерезал удерживающие веревки, а второй рукой, обжигая пальцы, поднес фитиль к короткому, торчащему из бочонка бикфордову шнуру.

Огонек жадно вцепился в просмоленную нить. Я со всей силы отшвырнул бочонок от себя.

Горящий бикфордов шнур стал идеальным ориентиром в темноте. Падая, он оставлял тонкий огненный след — указующий перст, нацеленный прямо на меня. Внизу, в турецком лагере, хаос мгновенно обрел вектор.

Сотни глаз устремились вверх. Они меня увидели.

И через несколько секунд открыли огонь.

Небо вокруг гондолы прошили сотни огненных ос. Беспорядочный, панический, но оттого не менее смертоносный огонь из десятков мушкетов. Пули щелкали, проходя в нескольких метрах, глухо ударяли в плетеные борта.

А внизу раздался второй взрыв. Но это был уже не триумф. Из-за задержки и ручного подрыва, я промахнулся. Да и маршрут сместился. Бомба легла у самого края склада.